Гладиаторы: история "кровавого" спорта.

Модераторы: Tibaren, Aristoteles

Сообщение Analogopotom » 02 июн 2006, 22:36

Человеческая кровь для духов умерших

Прошло почти 500 лет с момента основания города Рима (1), прежде чем там состоялся первый бой гладиаторов, засвидетельствованный историческими источниками. В самом начале первой Пунической войны(2), в 264г. до н. э., два сына умершего Децима Юния Брута Перы выставили на тризне на Бычьем рынке (Forum Boarium) три пары фехтовальщиков, одновременно сражавшихся друг против друга. И хотя с этого началось быстрое развитие римской гладиатуры, фехто вальные игры зародились все же несколькими веками раньше. Римлянам были известны и раньше человеческие жертвоприношения в честь умерших, принявшие позже более мягкую форму боев гладиаторов; поэтому было бы неверно утверждать, что сыновья Брута Перы неожиданно изобрели этот вид погребальных игр.
О человеческих жертвоприношениях на тризнах скифов сообщал еще древнегреческий историк Геродот (484—425 гг. да н. э.), а в «Илиаде» Гомера мы читаем о похожих ритуалах греческого войска под стенами Трои при погребении Патрокла.
Именно эти погребальные церемонии в честь Патрокла встречаются снова и снова в Италии в росписях гробниц этрусков, живших к северу от Тибра, в городах-государствах, слабо связанных друг с другом. В ярком этрусском искусстве явно прослеживается греческое и восточное влияние. Причина, по которой этруски избрали именно этот жестокий сюжет главной темой своей надгробной живописи, кроется, вероятно, в их собственном религиозном обычае, которого они упорно придерживались: так же как при погребении Патрокла, они практиковали жертвоприношения военнопленных для успокоения душ своих павших, с тем чтобы таким образом умилостивить богов кровью.
Основной смысл жертвы, а именно умиротворение богов, сохранялся даже в тех случаях, когда людей иногда заменяли куклами, как предполагают многие исследователи.
Но еще раньше этруски превратили простое заклание военнопленных, приносимых в жертву при погребениях, в нечто другое, а именно в их борьбу не на жизнь, а на смерть у могил и на арене. До нас дошли этрусские погребальные урны второй половины III в. до н. э., на которых изображены такие фехтовальные игры. На этих изображениях в двух случаях галлы противостоят своим соплеменникам, а в одном случае—галлы фракийцам. Оба этих сочетания хорошо известны нам по более поздним гладиаторским боям римлян.
Можно предположить, что эти рельефы на этрусские погребальных урнах возникли не в том же году, что и сами боевые игры. Скорее это художественное изображение обычая, который уходит своими корнями в гораздо более раннее время. Таким образом, этруски изобрели гладиаторский бой, а римляне заимствовали его в период этрусского господства в Риме в VI в. до н. э. На это определенно указывал еще Николай Дамасский, греко-сирийский историк, живший при Августе.
Сыновья Брута Перы, выставившие в 264 г. на Бычьем рынке в Риме три пары фехтовалыциков на тризне в честь своего умершего отца, таким образом, просто подражали древнему этрусскому обычаю, точно так же как римляне вообще заимствовали у этрусков и другие обычаи: сценические игры, случавшиеся изредка человеческие жертвоприношения и звериные травли. Кровавые бои с дикими животными вели так называемые бестиарии, имевшие свою разветвленную организацию. Росписи VI в. до н. э. в Тарквиниях запечатлели этих людей, брошенных диким зверям,— этрусский обычай, которому позже в Риме суждено было стать развлечением для народа.
На этрусское происхождение показательных боев у римлян указывает и тот факт, что павших гладиаторов убирал с арены этрусский бог мертвых Харун — переодетый раб с молотком, служившим символом божества. Возможно, латинский термин «ланиста», обозначающий предпринимателя, организатора игр, заимствован из этрусского языка, в котором он имел также значение «палач».
Долгое время, примерно до конца II в. до н. э., римляне устраивали бои гладиаторов исключительно на погребальных празднествах, которые все еще, особенно в Галлии, носили печать религиозного жертвоприношения. На государственных праздниках с их скачками и сценическими представлениями они еще полностью отсутствовали. Сначала эти показательные бои происходили редко, затем все чаще и становились более дорогими и роскошными. Принесение человеческих жизней в жертву богам при этом не играло никакой роли. Бои гладиаторов становились для любивших зрелища римлян событием, которое добросовестно фиксировали летописцы.
Если в 264 г. до н. э. на уже упомянутой тризне по усопшему Бруту Пере на Бычьем рынке выступили три пары бойцов, то в 216 г. на погребальных празднествах в честь М. Эмилия Лепида на Форуме были выставлены уже 22 пары.
В 206 г. до н. э. Сципион дал munus —так назывались гладиаторские игры доимператорского времени — в Новом Карфагене, на юго-восточном побережье Испании, в честь своего усопшего отца и дяди, причем, как подчеркивает Ливий (3), сражались друг с другом и добровольцы.
На погребальных празднествах в честь М. Валерия Левина в 200 г. до н. э. уже 25 пар бились в течение четырех дней, а в 183 г. до н. э. при погребении П. Лициния даже 60 пар гладиаторов.
Это щекочущее нервы времяпрепровождение пользовалось у римлян столь растущей популярностью, что в 174 г. до н. э. состоялось уже несколько гладиаторских игр. На самых крупных, устроенных Т. Фламинином в честь умершего отца, в течение трех дней сражались 36 пар. В том же году селевкидский правитель Антиох IV Эпифан(4) ввел гладиаторские игры в Сирии, для чего доставил гладиаторов из Рима.
В 122г. до н. э. римский народный трибун(5) Г. Гракх использовал munus в политических целях. «Для народа устраивались гладиаторские игры на форуме, и власти почти единодушно решили сколотить вокруг помосты и продавать места. Гай требовал, чтобы эти постройки разобрали, предоставив бедным возможность смотреть на состязания бесплатно. Но никто к его словам не прислушался, и, дождавшись ночи накануне игр, он созвал всех мастеровых, какие были в его распоряжении, и снес помосты, так что на рассвете народ увидел форум пустым. Народ расхваливал Гая, называл его настоящим мужчиной, но товарищи-трибуны были удручены этим дерзким насилием».
Важным рубежом в развитии и изменении гладиаторских игр является год консульства П. Рутилия Руфа и Г. Маллия (или Манлия) Максима. Тогда, т. е. в 105 г. до н. э., преподаватели из школы гладиаторов Г. Аврелия Скавра обучали своему искусству легионы Рутилия. Эта систематическая подготовка солдат в боевом искусстве была призвана противодействовать изнеживающей греческой культуре, которая повсюду задавала тон. Тем самым гладиаторские игры, учитывая их военное значение, получили признание государства. В то же время оба консула впервые официально устроили гладиаторские игры для народа как магистраты, т. е. независимо от заупокойного культа. Из частных ритуалов жертвоприношения они превратились таким образом официально в публичное развлечение. Для упорядочения организации столь популярных гладиаторских игр, значение которых постоянно возрастало, магистраты сначала в Риме, а затем и в муниципиях и колониях (6) издавали законоположения о таких мероприятиях. Несмотря на это вмешательство государства, частные лица продолжали устраивать в честь умерших погребальные гладиаторские игры.
О росте популярности гладиаторских боев среди публики свидетельствует римский комедиограф Теренций: в 160 г. до н. э. пришлось внезапно прервать представление его пьесы «Свекровь», так как распространился слух о том, что именно в это время начнется бой гладиаторов на погребальных играх в честь Эмилия Павла (7)—событие, которое, конечно, никто не хотел пропустить.
Большинство зрителей между тем уже не помнили того, что бои «осужденных на смерть» берут свое начало от жертв, приносимых в честь умерших. Они видели в кровавой бойне только щекочущее нервы развлечение, которое привлекало их больше,
чем комедийное представление. Североафриканский христианский писатель Тертуллиан, живший во II в. н. э., называет гладиаторские бои в амфитеатре самыми известными и распространенными зрелищами и характеризует превращение священной жертвы в садистское ярмарочное удовольствие следующими словами:
«То, что жертвовали умершим, считали служением мертвым... «Munus» называется так потому, что это — обязанность (officium). Древние считали, что они этими играми отдают долг умершим, после того как они смягчили их характер меньшей жестокостью. Ведь прежде покупали и приносили в жертву на похоронах пленных или дурных рабов в надежде умиротворить духов умерших человеческой кровью. Позднее предпочли заменить жестокость удовольствием. И так людей, которых приобретали только для того, чтобы научить, как убивать друг друга, обучив владению оружием на том уровне, какого только можно было достичь в то время, затем в назначенный день заупокойных жертвоприношений истребляли у могильных холмов. Так облегчали смерть убийствами...»
Гладиаторов, участвовавших в боях у таких могил и изображенных, между прочим, на вышеназванных рельефах этрусских надгробий, погребальных урн, иногда называли бастуариями, т. е. «сжигателями трупов», Таким образом, в течение многих столетий римской истории основным поводом таких гладиаторских игр была память об умерших. Это могли быть не только обожествленные правители, представители знати и государства, но и богатые граждане, например торговцы, которые могли себе позволить такие расходы. Часто это оговаривалось в завещаниях, а родственники умершего должны были выполнить его последнюю волю.
Желания умерших иногда приводили к парадоксам. Так, например, одно завещательное распоряжение предписывало проведение поединка между двумя весьма привлекательными женщинами при погребении наследодателя. Другой распорядился в своем завещании о проведении боя между двумя мальчиками, которых он любил при жизни, ибо хотел, как свидетельствует об этом античный источник, воссоединиться с ними в потустороннем мире. В этом случае, правда, обычно падкие на удовольствие зрители с необычным благородством отказались от исполнения последней воли. Но зато в другом случае они, наоборот, выражали свое возмущение до тех пор, пока им не предоставили это щекочущее нервы зрелище: речь идет о жителях Полленции (Полленцо) в Лигурии, которые в начале I в. н. э. силой препятствовали погребению умершего магистрата до тех пор, пока его наследники наконец не выложили деньги на проведение гладиаторских игр.
Термин «munus» (во множественном числе — «munera») постоянно использовался для обозначения гладиаторских игр. Если раньше они проводились исключительно при погребении умерших, т. е. нерегулярно, то постепенно их перенесли на декабрь, когда справлялись сатурналии—праздники в честь бога Сатурна, связанные вначале с человеческими жертвоприношениями. Человеческой кровью умиротворяли и страшных богов подземного мира, а также богов земледелия.
Переходные состояния римлян в особенности требовали принесения искупительных жертв—это послужило еще одной причиной проведения гладиаторских игр в годовщины дней рождения или смерти, в честь победы или наступления нового столетия, при сооружении новых зданий и освящении статуй или храмов или по другим подобным поводам.
Школы гладиаторов в Капуе, откуда вырвался Спартак со своими 70 товарищами по несчастью, пользовались особым авторитетом, который переносился, естественно, и на проходивших в них обучение бойцов. Объясняется это тем, что этруски в зените своего могущества селились в Кампании, и жители этой области, как и Лукании, граничившей с нею на юге, уже в ранний период заимствовали у них фехтовальные игры. В кампанской Капуе и луканской Посейдонии (Пестуме) известны живописные изображения израненных и истекающих кровью гладиаторов со шлемами, щитами и копьями. Бойцов определенного типа, происходивших из этой местности, римляне называли «самнитами» (8 ), а Капуя долгое время считалась оплотом гладиаторских поединков.

1. с основания Рима – римляне возводили начало своей истории к основанию Города в 753 г. до н.э.
2. Пунические войны – в ходе 3-х Пунических войн (264 –241, 218 – 201, 149 –146 гг. до н.э.) решался спор Рима и Карфагена о господстве над Западным Средиземноморьем. В конечном итоге Карфаген был разрушен, а Рим создал огромную мировую державу.
3. Ливий – Тит Ливий (59 г. до н.э. – 17 г. до н.э.), римский историк. Созданная им «История Рима от основания Города» (142 книги) пользовалась огромной популярностью в античности; сохранилась не полностью.
4. Антиох 4 Эпифан (правл. 175 – 164 гг. до н.э.) правил царством Селевкидов – государством образованным в конце 4 в. до н.э. после распада державы Александра Македонского. В его состав входили области Малой Азии. Восточного Средиземноморья, Месопотамии (плоть до Индии). В 64 г. до н.э. Сирия стала римской провинцией.
5. народные трибуны – избираемые ежегодно должностные лица (10 чел.), призванные охранять права плебеев от посягательства патрициев. Личность трибуна была неприкосновенной, он обладал правом наложить вето на постановления высших магистатов Республики и сената.
6. муниципии и колонии – самоуправляющиеся городские общины в римской Италии, а позже и в провинциях, получали тот или иной правовой статус, определяющий пределы правоспособности их жителей с точки зрения римского права. Так, жители римских колоний являлись полноправными римскими гражданами.
7. Эмилий Павел (228 – 160 г. до н.э.) - римский полководец, политический деятель и ритор. В 168 г. до н.э. одержал победу во 2-й Македонской войне над Персеем в битве при Пидне.
8. самниты – италийские племена, населявшие области в центральной и южной части Апеннин. Традиционные противники римлян (против них Рим вел три кровопролитные войны – в 343 – 341, 327 – 304, 298 – 290 гг. до н.э.)
Аватара пользователя
Analogopotom
Администратор
Администратор
 
Сообщения: 4599
Зарегистрирован: 25 мар 2006, 00:21
Откуда: РСФСР

Сообщение Analogopotom » 02 июн 2006, 22:38

На потеху толпе

С превращением гладиаторских боев из ритуального умерщвления в честь умерших в убийство для развлечения падкой на удовольствия толпы одновременно увеличивалось количество этих кровавых игр и «посвященных смерти». Развращенная толпа, отведав однажды вкус крови, страстно жаждала все нового и нового кровопролития. Но чем больше жертв погибало на этой бойне для удовлетворения страсти к зрелищам, тем острее становилась потребность в пополнении, в новом человеческом материале. Откуда брали римляне «человеческий материал» для гладиаторских игр? В этих показательных сражениях не на жизнь, а на смерть участвовали военнопленные и осужденные преступники, рабы и нанятые свободные граждане. Одних выпускали на убой без всякой подготовки, других готовили к виртуозному убийству друг друга в течение многих лет.
На протяжении сотен лет в руки римлян в их нескончаемых военных походах попадали целые армии военнопленных, и многие тысячи этих несчастных были обречены окончить свой жизненный путь на арене ради увеселения публика или сначала отправлялись на подготовку в императорские фехтовальные школы. На раннем этапе именно эта «военная добыча» использовалась в первую очередь для гладиаторских игр. От периода Империи до нас дошли сведения о том, как пленные варвары группами сражались друг против друга, например даки и свевы при Августе или британцы на играх в честь британского триумфа при Клавдии в 44 г.
Этой удобной возможностью устранить пленных врагов при помощи гладиаторских игр в амфитеатре воспользовался и римский император Тит после разрушения Иерусалима в 70 г. н. э. Часть пленных евреев старше 17 лет он отправил на египетские рудники, где они погибли от непосильной работы. Но большинство пленных он подарил провинциям для гладиаторских игр и звериной травли. Таким же образом он приказал сразу уничтожить крупные группы военнопленных в Кесарии Филиппа и Берите. «Более 2500 составило число тех, кто погиб отчасти в поединке с животными, отчасти на костре, отчасти в поединках друг против друга»,-—сообщает переметнувшийся на сторону римлян иудейский историк Иосиф Флавий (37—100 гг. н. э.) в своей «Истории Иудейской войны». «Но, несмотря на все эти и другие бесчисленные виды смерти, которые претерпевали иудеи, наказание восставших казалось римлянам все еще недостаточно тяжелым».
Даже римский император Константин Великий, даровавший в 313 г. Миланским эдиктом защиту и равноправие христианам, остался верен этой жестокой практике. Он повелел бросить на съедение диким зверям побежденных бруктеров, «которые из-за своего коварства так же непригодны к воинской службе, как из-за дикости к рабской службе», в таком количестве, что те вскоре устали терзать их и потеряли всякую охоту. В панегириках императору превозносили то, что «он использовал массовое уничтожение врагов для всеобщего удовольствия. Что могло быть прекраснее этого триумфа?»

Приговоренные к борьбе на арене

В императорскую эпоху возник обычай принуждать преступников, совершивших тяжкие преступления и осужденных за убийство или разбой, поджог или осквернение храма, государственную измену или военный мятеж, к участию в гладиаторских играх. Это осуждение «к мечу»— ad gladium —и «диким зверям» считалось жестоким видом казни. Осужденные или убивали друг друга на арене, или просто уничтожались гладиаторами, зачастую не имея никакого оружия. Такую массовую казнь, устроенную по повелению иудейского царя Агриппы в новом амфитеатре в Берите (Бейруте), Иосиф Флавий описывает в «Иудейских древностях» следующим образом: правитель «повелел выставить друг против друга две когорты по 700 человек. На этот бой в наказание были собраны все преступники, которые только имелись, и таким образом... злодеи были уничтожены все сразу».
Во времена гонений на христиан в число лиц, совершивших тяжкие преступления, попадало много христиан, отказывавшихся воздавать императору божественные почести и считавшихся поэтому явными анархистами и государственными изменниками. Иногда их наказывали розгами, иногда осуждали «на бой на арене», иногда бросали на растерзание диким зверям. Таких мучеников, предпочитавших смерть отказу от веры, обычно столь благожелательный император Марк Аврелий (121 —180 гг. н. э.) укорял за «голую воинственность» и «театральность».
Этим отношением объясняется решение императора по поводу запроса наместника Лугдунской Галлии о том, может ли тот обращаться с осужденными христианами так, как было предложено. В этом сообщении речь шла о верховном жреце галльских провинций, который горько сетовал на то, что обязанность устраивать дорогостоящие гладиаторские игры скоро разорит его из-за постоянных высоких расходов. 1де же ему при таком безденежье брать людей, необходимых для принесения в жертву по старому галльскому ритуалу? Император подсказал ему выход. Он уполномочил своего галльского наместника продавать верховному жрецу «преступных» христиан по цене шесть золотых монет за каждого. Несчастных, которые и без того уже подверглись ужасным жестокостям со стороны населения, бросали теперь с разрешения императора на растерзание диким зверям или, если они были римскими гражданами, обезглавливали.
Другую группу преступников, осужденных к принудительным работам на рудниках или в каменоломнях, где едва ли кто выживал, в императорскую эпоху часто обрекали на обучение в гладиаторских школах— ad ludum, если они были пригодны для поединков на арене. Оба вида наказания были связаны с утратой свободы и считались одинаково суровыми. И тем не менее многие считали осуждение ад 1иёшп более мяг-ким, ибо счастливчику и виртуозу своего кровавого ремесла все же светила искорка надежды иа то, что после двух лет гладиаторской школы и последующих трех лет гладиаторской службы он сможет выжить. Дело в том, что им предоставлялась возможность за эти три года «сражаться добровольно». В знак освобождения от выступления на арене они получали rudis — деревянную шпагу. А через пять лет они могли приобрести даже колпак (pileus) как символ полного освобождения. Но в период ранней Империи такие льготы, вероятно, не действовали.
Представление о судьбе таких преступников, приговоренных к гладиаторской службе и аналогичным наказаниям, дает случай, о котором идет речь в переписке императора Траяна (98—117гг. н. э.) и Плиния Младшего (1). Будучи наместником Вифинии и Понта, в северной части Малой Азии, Плиний Младший узнал, что во многих городах, особенно в Никомедии и Никее, некоторые из этих преступников служат как городские рабы и даже получают жалованье, хотя их помилование не удостоверено проконсулами или легатами (2): «Предать наказанию спустя долгое время людей, в большинстве уже старых и живущих, как утверждают, скромно и честно, мне казалось слишком суровым, а держать на городской службе осужденных я считал недопустимым: кормить их на городской счет, не давая им никакого дела, по-моему, убыточно, а не кормить опасно».
Но с таким решением император не согласился и потребовал более жесткого обращения, что по тогдашним меркам никоим образом не воспринималось как несправедливость: «Будем помнить, что ты затем и прислан в эту провинцию, что в ней обнаружилось много такого, что следует улучшить. Надо особенно заняться тем, чтобы исправить такое положение вещей, при котором люди, присужденные к наказанию, не только освобождены, как ты пишешь, неизвестно кем, но и поставлены в положение честных служителей. Тех, кто был осужден в течение десяти последних лет и освободился без всякого законного основания, надлежит предать наказанию; если найдутся люди пожилые и старики, осужденные до этих десяти лет, распределим их по тем работам, которые недалеки от наказания. Обычно таких людей назначают в бани, на очистку клоак, а также на замащивание дорог и улиц».
На гладиаторскую службу отправляли насильно не только явных преступников, но иногда и невинных или несправедливо осужденных. Такие злоупотребления во времена Республики, вероятно, довольно часто и в широких масштабах допускали некоторые наместники провинций. Как утверждал Цицерон (106—43 гг. до н. э.), например, проконсул Македонии Л. Пизон Цезоний заставлял многих безвинно осужденных сражаться с дикими животными, а Л. Корнелий Бальб-младший, будучи квестором (3) в Испании в 44—43 гг. до н. э., травил хищниками и римских граждан, в том числе и одного лишь за его уродливость.
Если людей для арены не хватало, то даже императоры произвольно нарушали законы, регулировавшие осуждение на гладиаторскую службу. Светоний, римский историк II в. н. э., пишет в своем биографическом труде «Жизнь двенадцати цезарей» о Клавдии (41—54гг. н. э.) следующее: «Природная его свирепость и кровожадность обнаруживалась как в большом, так и в малом. Пытки при допросах и казни отцеубийц заставлял он производить немедля и у себя на глазах. Однажды в Тибуре он пожелал видеть казнь по древнему обычаю (4); преступники были уже привязаны к столбам, но не нашлось палача; тогда он вызвал палача из Рима и терпеливо ждал его до самого вечера. На гладиаторских играх, своих или чужих, он всякий раз приказывал добивать даже тех, кто упал случайно, особенно же ретиариев: ему хотелось посмотреть в лицо умирающим. Когда какие-то единоборцы поразили друг друга насмерть, он тотчас приказал изготовить для него из мечей того и другого маленькие ножички». Плиний Старший утверждал, что мясо дичи, убитой ножом, от которого погиб человек, излечивает эпилепсию, которой страдал и Клавдий.
«Звериными травлями и полуденными побоищами увлекался он до того, что являлся на зрелища ранним утром и оставался сидеть, даже когда все расходились завтракать. Кроме заранее назначенных бойцов он посылал на арену людей по пустым и случайным причинам, например рабочих, служителей и тому подобных, если вдруг плохо работала машина, подъемник или еще что-нибудь. Однажды он заставил биться даже одного своего раба-именователя, как тот был, в тоге».
В другом месте Светоний сообщает, что Клавдий с величайшим усердием выступал в качестве судьи: «Не всегда он следовал букве законов и часто по впечатлению от дела умерял их суровость или снисходительность милосердием и справедливостью. Так, если кто в гражданском суде проигрывал дело из-за чрезмерных требований, тем он позволял возобновлять иск; если же кто был уличен в тягчайших преступлениях, тех он, превышая законную кару, приказывал бросать диким зверям».
Такие опрометчивые приговоры, значительно превышавшие строгую законность, выносились, по-видимому, довольно часто, ибо число преступников, осужденных к выступлениям на арене, было удивительно велико. Наглядным примером служит корабельная баталия, которую устроил Клавдий в 52 г. н. э., перед тем как осушить Фуцинское озеро. На этих строительных работах по прокладке канала через гору было постоянно занято 30 000 человек. И все же канал после многих трудностей был построен только через 11 лет; его строили с 42 по 53 год. Император воспользовался последней возможностью и устроил на еще полном Фуцинском озере битву двух флотилий с 19000 вооруженных воинов на борту, которую Светоний описывает следующим образом:
«Но когда бойцы прокричали ему: «Здравствуй, император, идущие на смерть приветствуют тебя!» — он им ответил: «А может, и нет»,— и, увидев в этих словах помилование, все они отказались сражаться. Клавдий долго колебался, не расправиться ли с ними огнем и мечом, но потом вскочил и, противно ковыляя, припустился вдоль берега с угрозами и уговорами, пока не заставил их выйти на бой. Сражались в этом бою сицилийский и родосский флот, по двенадцати трирем каждый, а знак подавал трубою серебряный тритон, с помощью машины поднимаясь из воды».
Римский историк Тацит (около 56—118 гг. н. э.) пишет в своих «Анналах», что все 19000 человек были осужденными. Если даже предположить, что их собрали в Италию из всех провинций, то все равно столь большое число вызывает подозрение, что все приговоры были вынесены справедливо.

1. Плиний Младший (62 – ок. 113 г.н.э.) – племянник и приемный сын Плиния Старшего (23 –79 гг. н.э.). Исполнял ряд магистратур, после 110 г. в качестве императорского легата управлял провинцией Вифиния. Из его литературного наследства сохранился « Панегирик» императору Траяну и 10 книг «Писем», в том числе адресованных императору.
2. проконсулы и легаты – наместники в римских провинциях. В период Империи сенатские провинции управлялись проконсулами, а императорские -легатами, которые и вершили судопроизводство на местах.
3. квестор – магистр-казначей. Городские квесторы заведовали казной, провинциальные – финансовым управлением провинций Всего избиралось 10 квесторов (с 197 г. до н.э.), 20 ( с 80 по 45г. до н.э.) и 40 при Цезаре.
4. казнь по древнему обычаю – преступника раздевали донага, голову зажимали колодкой, а по туловищу секли розгами до смерти.
Аватара пользователя
Analogopotom
Администратор
Администратор
 
Сообщения: 4599
Зарегистрирован: 25 мар 2006, 00:21
Откуда: РСФСР

Сообщение Analogopotom » 02 июн 2006, 22:43

Как скот на продажу

В гладиаторы весьма часто попадали и рабы - как в Риме, так и в остальных городах мировой Римской державы. В конце существования Республики целые группы гладиаторов входили обычно в военные отряды знати, состоявшие из рабов. Использовали их по-разному: как личную охрану господина или как bravi, т. е. наемных или профессиональных убийц, а также как смертников, сражавшихся на зрелищах, устраиваемых их господином или кем-то другим, для кого владелец сдавал их за деньги, как цирковых лошадей или медведей.
Впрочем, для тех, кто сдавал их внаем, это была блестящая сделка, как явствует из замечания Цицерона о труппе гладиаторов его друга Аттика, купленной тем в 56 г. до н. э. Узнав, что они великолепно сражаются, Цицерон решил, что Аттик, сдав гладиаторов внаем, мог бы вернуть свои деньги уже после двух представлений.
Со слов Цицерона мы знаем, что и Цезарь (100— 44 гг. до н. э.) содержал собственную труппу гладиаторов. Так же как и Цезарь, многие представители тогдашней знати в Капуе, да и в других городах, имели собственные школы, в которых обучались сотни гладиаторов. Старейшая школа в Капуе принадлежала, вероятно, Гаю Аврелию Скавру, который в 105 г. до н. э. с помощью своих преподавателей обучал искусству фехтования легионы консула Рутилия. Дурной славой три десятилетия спустя пользовалась знаменитая школа Гн. Лентула Батиата, после того как из нее в 73 г. до н. э. бежало около 70 гладиаторов под руководством Спартака; этот побег вызвал мощнейшую войну рабов, повергшую Римскую империю в страх и ужас.
Наряду со знатью гладиаторские труппы, состоявшие из рабов, имели и богатые семьи, уважаемые мужи и даже женщины, например некая Гекатея на острове Фасос. Иногда даже легионы имели собственных гладиаторов, которые выступали в амфитеатрах в местах их расквартирования.
Наряду с другой собственностью такие гладиаторские труппы переходили путем продажи или аукционных торгов из рук в руки, как скот или, так же как в наши дни, футболисты и другие спортсмены. Император Калигула буквально озолотился на таких аукционах, ибо он вынуждал консулов и преторов покупать по головокружительным спекулятивным ценам бойцов, оставшихся в живых после устраиваемых им зрелищ. Наглядное описание таких финансовых операций алчного императора нам оставил Светоний:
«Торги он устраивал, предлагая для распродажи все, что оставалось после больших зрелищ, сам назначал цены и взвинчивал их до того, что некоторые, принужденные к какой-нибудь покупке, теряли на ней все свое состояние и вскрывали себе вены. Известно, как однажды Апоний Сатурнин задремал на скамьях покупщиков, и Гай посоветовал глашатаю обратить внимание на этого бывшего претора, который на все кивает головой; и закончился торг не раньше, чем ему негаданно были проданы тринадцать гладиаторов за девять миллионов сестерциев»*.
В I в. н. э. господин мог без всяких ограничений продавать своих рабов в гладиаторы для смертельных боев на арене. Один из таких случаев описывает Светоний в жизнеописании римского императора Вителлия, правившего всего лишь несколько месяцев в 69 г. н. э.: «...он стал властвовать почти исключительно по прихоти и воле самых негодных актеров и возниц, особенно же отпущенника Азиатика. Этого юношу он опозорил взаимным развратом; тому это скоро надоело, и он бежал; Вителлий поймал его в Путеолах, где он торговал водой и уксусом, заковал в оковы, тут же выпустил и снова взял в любимчики; потом, измучась его строптивостью и вороватостью, он продал его бродячим гладиаторам, но, не дождавшись конца зрелища и его выхода, опять его у них похитил. Получив назначение в провинцию, он наконец дал ему вольную...»
И только Адриан, римский император, правивший со 117 по 138 г. н. э., «запретил продавать без объяснения причин раба или служанку своднику или содержателю гладиаторской школы», как об этом сказано в сборнике «Писатели истории Августов». Уже раньше аналогичный запрет, изданный, вероятно, во времена Августа, поставил продажу рабов для использования их в звериных травлях в зависимость от приговора суда. Император Макрин (217—218 гг. н. э.), который, между прочим, велел замуровывать живых людей в стенах домов, а уличенных в прелюбодеянии, связав их вместе, сжигать заживо, обращался особенно жестоко и с рабами, которые бежали от своего господина и были вновь схвачены. Им была сразу уготована только участь гладиаторов.

Особенно ценимые —-свободные бойцы

«Вот, например, угостят нас на праздниках, в течение трех дней, превосходными гладиаторскими играми; выступит не какая-нибудь труппа ланистов, а несколько настоящих вольноотпущенников» — такие слова вкладывает Петроний, римский бытописатель, любимец Нерона, в уста лоскутника Эхиона («Пир Трималхиона»). От добровольцев, были ли они вольноотпущенниками или свободнорожденными, ожидали более ожесточенного боя, чем от принуждаемых гладиаторов, вероятно, потому, что они бросались на противника с большими яростью, страстью и подъемом.
Среди вольноотпущенников (бывших рабов) были и те, которые прежде выступали в качестве гладиаторов. Если им удавалось выжить на своей «службе», что случалось довольно редко, и получить вольную, то они по собственному желанию могли вновь заняться своей бывшей профессией. Иногда, правда, они продолжали бои на арене и по желанию своих господ.
В конце Республики, а еще чаще в последовавшую за ней императорскую эпоху ланисты стали нанимать свободнорожденных, причем те давали страшную клятву бойцов-добровольцев о том, что их можно «жечь, вязать, сечь и казнить мечом». Тот, кто унижал себя до такого состояния, принадлежал чаще всего к категории социально отверженных, гонимых нуждой, отчаянием и другими жизненными невзгодами. Но и те, кто раз оступились и не могли уже включиться в нормальную жизнь, видели в школе гладиаторов и арене свое последнее пристанище. Кроме того, и радость грубой силы побуждала кое-кого хвататься за орудие убийства, так что среди добровольцев было и немало доблестных и отважных рубак и искателей приключений, которые скучали от монотонности «Pax Romana», не находили в нем применения способностям и стремились потешить себя, занявшись боевым ремеслом гладиатора.
«Скольких же бездельников страсть к оружию соблазняет наниматься на гладиаторскую службу!» — восклицает Тертуллиан, христианский писатель, живший около 200 г. н. э. Сюда же можно причислить и группу воинов, которых император Септимий Север (193— 211 гг. н. э.) уволил из своей преторианской гвардии. Это были италийцы, которым запрещалось в дальнейшем служить в гвардии. Некоторые из этих воинов, оказавшись на улице, опустились и стали промышлять разбоем, другие добровольно подались в школы гладиаторов.
В риторических школах,— так сказать, «университетах» Римской империи — в качестве тем для декламации охотно выбирали чувствительные сюжеты о том, почему свободнорожденный продал себя в гладиаторы. Так, например, рассказывали душещипательную историю одного благородного юноши, который завербовался в гладиаторы, с тем чтобы полученными деньгами оплатить погребение своего отца. Похожие романтические мотивы приводит в своем очерке-диалоге «Токсарид» философ Лукиан Самосатский. В Амастрии (Амасре), на побережье Черного моря, скиф Сисинн изъявил готовность сразиться в поединке с гладиатором за 10000 драхм**), с тем чтобы вызволить своего друга из нищеты. К таким слащавым рассказам, практиковавшимся в риторических школах, вряд ли можно относиться серьезно, хотя, безусловно, иногда попадались отдельные неудачники, которые, не имея никаких других средств к существованию, вступали в школу гладиаторов из благородных побуждений.
Свободный гражданин, нанимавшийся на гладиаторскую службу, должен был в присутствии нанимателя сделать перед народным трибуном соответствующее заявление, причем одновременно устанавливалась и цена за его выступление. По указу императора Марка Аврелия (161 —180 гг. н. э.) такому добровольцу причиталось не более 200 сестерциев, т. е. мизерная сумма. При помощи столь низкого тарифа, выплачивавшегося лишь самым заурядным гладиаторам, пытались удержать более достойных граждан, оказавшихся в трудном положении, от этого отчаянного шага.
Общественное положение такого toratus, как называли вольнонаемных гладиаторов, было аналогично положению раба, о чем свидетельствует и приведенный выше текст клятвы. Он признавал тем самым право своего господина и «работодателя» распоряжаться его жизнью и смертью в течение всего срока службы. Но тем не менее он мог вновь выкупить себя досрочно и даже до того, как вообще начинать поедин-ки. Если в течение договорного срока он оставался живым, то в качестве признания он получал особое вознаграждение. Он вновь становился свободным, но, разумеется, мог и вторично наняться на гладиаторскую службу, причем в этом случае за его выступление по тарифу, установленному Марком Аврелием, выплачивалось уже до 12000 сестерциев. Граничившую с чудом сноровку в искусстве выживания продемонстрировал гладиатор-вольноотпущенник Публий Осторий в Помпеях, одержавший (если верить его собственным словам) победу в 51 поединке. В этой связи неудивительно, что ушедшие на покой заслуженные гладиаторы пользовались спросом, ибо тот, кто годами противостоял смерти на арене, должен был быть настоящим рубакой. И для того чтобы уговорить таких ветеранов выступить хотя бы в одном-единственном поединке, император Тиберий (14—39 гг. н. э.) был вынужден как-то предложить 1000 золотых монет.
Учитывая то, что у гладиаторов-добровольцев была более высокая репутация, чем у их подневольных соперников, появлялся соблазн хитростью и силой принуждать «добровольцев» заняться кровавым ремеслом. Сенека Старший сообщает, что уже в начале Империи раздавались жалобы на бессовестность некоторых богатых граждан, которые, пользуясь неопытностью молодых людей, обманным путем заманивали в гладиаторские школы как раз самых красивых и пригодных к несению воинской службы юношей.
До нас дошло множество свидетельств о случаях, когда высокопоставленные лица злоупотребляли властью для того, чтобы заставить своих приближенных выступать в поединках на арене. Так, пресловутый Луций Корнелий Бальб, квестор испанского города Гадеса (Кадиса) в 44—43 гг. до н. э., дважды пытался заставить римского гражданина Фадия участвовать в гладиаторских боях. А когда Фадий отказался и народ взял его под защиту, рассерженный магистрат повелел галльским всадникам сечь его, а затем заживо сжечь в гладиаторской школе.
Удовольствие от такого насилия и противоестественной жестокости испытывал, разумеется, и император Калигула. Так, Светоний описывает страшную участь, постигшую Эзия Прокула, сына одного из старших центурионов. За большой рост и необыкновенную красоту его прозвали Колосс-Эрот, т. е. Великан Эрот, потому что он был сильным, как великан, и прекрасным, как бог любви Эрот. Из чувства зависти и ревности во время представления в амфитеатре Калигула «вдруг приказал согнать его с места, вывести на арену, стравить с гладиатором легковооруженным, потом с тяжеловооруженным, а когда тот оба раза вышел победителем - связать, одеть в лохмотья, провести по улицам на потеху бабам и, наконец, прирезать».
Калигула не раз заставлял биться на арене множество граждан. По словам Светония, «на гладиаторских играх иногда в палящий зной он убирал навес и не выпускал зрителей с мест; или вдруг вместо обычной пышности выводил изнуренных зверей и убогих, дряхлых гладиаторов, а вместо потешных бойцов — отцов семейства, самых почтенных, но обезображенных каким-нибудь увечьем».
Когда император как-то заболел, то нашлись люди, «которые давали письменные клятвы биться насмерть ради выздоровления больного или отдать за него свою жизнь... От человека, который обещал биться гладиатором за его выздоровление, он потребовал исполнения обета, сам смотрел, как он сражался, и отпустил его лишь победителем, да и то после долгих просьб. Того, кто поклялся отдать жизнь за него, но медлил, он отдал своим рабам — прогнать его по улицам в венках и жертвенных повязках, а потом во исполнение обета сбросить с раската.
Многих граждан из первых сословий он, заклеймив раскаленным железом, сослал на рудничные или дорожные работы, или бросил диким зверям, или самих, как зверей, посадил на четвереньках в клетках, или перепилил пополам пилой—и не за тяжкие провинности, а часто лишь за то, что они плохо отозвались о его зрелищах или никогда не клялись его гением». Этот гений — бог-покровитель императора—косвенно защищал и всю империю. Уклонение от клятвы могли истолковать и как государственную измену, и это считалось одним из преступлений, за которые позже преследовались христиане.
Стремясь заклеймить позором жестокость Калигулы, Светоний рассказывает наряду с прочими садистскими действиями и об участи одного римского всад-шпса30: «...брошенный диким зверям, он не переставал кричать, что невинен; он (император) вернул его, отсек ему язык и снова прогнал на арену».
Постоянно осуждая всадническое сословие за его пристрастие к театру и гладиаторским боям, он с особым удовольствием заставлял как можно больше всадников и сенаторов выступать в поединках на арене. Это все больше воспринималось как скандал, а Вителлий, правивший в 69 г. н. э., позаботился четверть века спустя о том, чтобы одной из своих немногих мер по восстановлению порядка устранить это возмущение. Вот что пишет об этом Тацит: «Строго стали следить за тем, чтобы римские всадники не участвовали в гладиаторских играх на арене и не унижали свое достоинство. Бывшие правители принуждали к такому позорному действию с помощью денег, а еще чаще силой, да и некоторые города и селения состязались в том, чтобы привлечь для этих целей деньгами всех опустившихся молодых людей».
Уже Август в 38 г. до н. э. запретил сенаторам, а немного позже, возможно, и всадникам выступать в качестве гладиаторов, правда без особого успеха. Ибо девять лет спустя на арене вновь появился сенатор, а в 11 г. н. э. пришлось отменить запрет для всадников.
Представители знати и граждане, добровольно избравшие карьеру гладиатора, постоянно становились мишенью для возмущения, упреков и насмешек моралистов и сатириков. Выступление на арене вызывало, особенно у представителей высших сословий, по крайней мере такое же возмущение, как выступление в качестве актера: они пятнали своим позорным поведением имя своих предков, когда-то покоривших мир.
Во время одной из игр, устроенных Цезарем, патриций и адвокат, бывший до этого сенатором, до тех пор наносили удары друг другу, пока оба не упали замертво.
Луций, брат римского полководца Марка Антония (82—30 гг. до н. э.), выступавший в Малой Азии гладиатором и обычно перерезавший своим противникам горло, был вынужден не раз сносить обидные насмешки Цицерона в свой адрес.
Во время правления обоих первых римских императоров в гладиаторских боях также участвовали члены знатных семей. О том, какое низкое положение занимал в обществе гладиатор-доброволец, красноречиво свидетельствует документ, составленный в последние годы существования Республики. В нем гражданин города Сассины (Меркато Карачено) распорядился о том, чтобы на кладбище, которое он подарил жителям города, не хоронили тех, кто нанялся за вознаграждение в гладиаторы, лишил себя жизни через повешение или занимался грязным ремеслом.

* Сестерций – мелкая серебряная монета, основная денежная единица. Например, всаднический ценз равнялся 400 000 сестерциям.
** Драхма – основная денежная единица в греческом мире. 1 драхма = 1 денарий, а 1 денарий = 4 сестерциям.
Аватара пользователя
Analogopotom
Администратор
Администратор
 
Сообщения: 4599
Зарегистрирован: 25 мар 2006, 00:21
Откуда: РСФСР

Сообщение Analogopotom » 02 июн 2006, 23:05

Есть версия, что у гладиаторов была специальная диета для набора веса.
Слой жира служил дополнительной защитой и оберегал от проникающих ранений. Ведь несмортя на высокий уровень медицины в Риме, анатомию внутренних органов практически не знали, так как производить вскрытие было заперещено. Таким образом, практически все проникающие ранения с повреждением внутренних органов вели к летальному исходу.
Хотелось бы узнать, что думают на этот счет знатоки древнего Рима.

Второй вопрос связан с книгой "Жизнь двенадцати цезарей".
С учетом того, что Светоний не являлся очевидцем событий, которые описывает, насколько достоверными можно считать его свидетельства о жестокости и дурных наклонностях отдельных императоров? Не мог ли он как лицо заинтересованное исказить дейстительность?
Аватара пользователя
Analogopotom
Администратор
Администратор
 
Сообщения: 4599
Зарегистрирован: 25 мар 2006, 00:21
Откуда: РСФСР

Сообщение Analogopotom » 03 июн 2006, 00:13

Гладиаторы: история "кровавого" спорта.

История: от погребальных обрядов до смерти на арене для увеселения зрителей.

Бои гладиаторов - это неотъемлемая часть культуры Рима.
С другой стороны, много традиций, которые связаны исключительно с гладиаторами - школы, виды вооружения, правила борьбы. И даже архитектура.
Именно Колизей сегодня является символом величия Рима и одновременно его жестокости.

Гладиаторы занимали в обществе особое положение. Это бесспорно. Вместе с тем, отношение общества к ним было амбивалентным - их любили и презирали.

Почему такое явление, как гладиаторские игры, возникло и приобрело небывалый размах именно в Римской имерии, и ни в одном другом государстве древнего мира?

P.S. Книга Гельмута Хефлинга "Римляне, рабы, гладиаторы" отчаянно сентементальна. Но, в основном, по теме почему-то ссылаются на эту работу.
Аватара пользователя
Analogopotom
Администратор
Администратор
 
Сообщения: 4599
Зарегистрирован: 25 мар 2006, 00:21
Откуда: РСФСР

Сообщение Гиви Чрелашвили » 03 июн 2006, 01:59

"Второй вопрос связан с книгой "Жизнь двенадцати цезарей".
С учетом того, что Светоний не являлся очевидцем событий, которые описывает, насколько достоверными можно считать его свидетельства о жестокости и дурных наклонностях отдельных императоров? Не мог ли он как лицо заинтересованное исказить дейстительность? "

Вряд ли.
Возможно, в мелочах он что-то и исказил, но в основном всё верно.
Напомню, что книга Светония "Жизнь двенадцати цезарей" относится приблизительно к 120-122 г.г. н.э. К этому времени уже были опубликованы книги Тацита, к примеру (его "Анналы" много чего могли дать Светонию об Августе, Тиберии и Нероне, а "История" - о Гальбе, Отоне и Вителлии). Кроме того, были опубликованы книги Плутарха (тот умер около 125 г. н.э.).
Конечно, из того, что до нас дошло из Плутарха, нет ничего (кроме Цезаря), касающееся императоров (Цезарь, кстати, не был императором, первым императором был Август).
Но откуда мы знаем о тех трудах Плутарха, которые до нас не дошли ?
Да и мало ли историков были во времена, предшествующие Светонию, очевидцев тех событий, которые молчали при жизни порочных императоров, но после их смерти их как бы прорывало (это, кстати, обычный сценарий). Так вот, у Светония наверняка была прекрасная база предыдущих авторов, книги многих из которых до нас не дошли.
Вспомним хотя бы другое сочинения Светония ("О знаменитых людях" - "О риторах и грамматиках", "О поэтах" и т.д.). Откуда эти подробные сведения из жизни Теренция, Вергилия, Горация, Лукана и т.д. ? Только из других источников !
Аватара пользователя
Гиви Чрелашвили
Фукидид
Фукидид
 
Сообщения: 2399
Зарегистрирован: 05 дек 2005, 21:22
Откуда: Филадельфия

Сообщение thor » 03 июн 2006, 11:51

Analogopotom писал(а):
thor писал(а): Вопрос - являлась ли арена обязательной принадлежностью всякого уважающегося себя римского города? :D


Ответ уже заложен в вопросе. Вы, thor, прям, везде успеваете.

Можно предположить, что большинство арен носило имена царей или императоров, при которых были построены, как "цирк Тарквиния Приска" или "амфитеатр Флавиев".


Естественно, когда есть свободное время! Значит, Ваш ответ надо понимать так, что всякий уважающий себя римский город обязательно имел арену, где устраивались магистратами или претендентами на данную должность или просто меценатами и патронами для своих клиентов зрелища - в том числе и гладиаторские бои. :wink:
cogito, ergo sum
Аватара пользователя
thor
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 7726
Зарегистрирован: 18 апр 2006, 11:14
Откуда: Белгород

Сообщение Analogopotom » 03 июн 2006, 15:55

Возможно, в мелочах он что-то и исказил, но в основном всё верно.
Напомню, что книга Светония "Жизнь двенадцати цезарей" относится приблизительно к 120-122 г.г. н.э. К этому времени уже были опубликованы книги Тацита, к примеру (его "Анналы" много чего могли дать Светонию об Августе, Тиберии и Нероне, а "История" - о Гальбе, Отоне и Вителлии). Кроме того, были опубликованы книги Плутарха (тот умер около 125 г. н.э.).
Конечно, из того, что до нас дошло из Плутарха, нет ничего (кроме Цезаря), касающееся императоров (Цезарь, кстати, не был императором, первым императором был Август).


Не в этом дело. Я имею в виду субьективность Светония, как автора.

Взять хотя такой пример из нашей, сравнительно недавней истории. Вторая Мировая война - событие грандиозное по своим масштабам - миллионы жертв, многие европейские города превратились в руины.
Казалось бы, это должно оставить неизгладимый след в народной памяти. Ан-нет. При том, что мы обладаем огромным объемом информации, отношение к Второй мировой и многим личностям того периода изменилось. А молодое поколение так вовсе... не то, что не знает даты, - путает Великую Отечественную с соц. революцией. А американцы все горомче заявляют, что победили они. А прошло всего 60 лет...

Можно ли считать «Жизнь двенадцати цезарей» - хрониками? Допустим, можно, так как очередность событий сохранена. Что касается мистических элементов – знамений, вещих снов, пророчеств - это естественно, т.к. жизнь древних была наполнена суевериями. Эти эпизоды - сопутствующие факторы, никак не влияющие на ход событий – рок и фатум.

Другой вопрос: насколько фактологичными являются отдельные свидетельства Светония?
Если Август и Цезарь – энергичные и деятельные государственные мужи - при своих выдающихся способностях представляются людьми нормальными, то следующие за ними – Тиберий, Калигула, Нерон – являют собой вместилище всех мыслимых и немыслимых пороков. А несчастный Клавдий, который, кроме того, что управлял государством, еще и занимался научной деятельностью, представлен каким-то недалеким, слабовольным, малодушным.

Получилось так, что «Жизнь двенадцати цезарей» стала догмой, рассказы Светония на протяжении 19 веков лежат в основе исторических схем. Но нужно ли верить всему, что он написал? Геродот, по крайней мере, честно признавался, что сам того не видел, а повторяет слова купцов или проводников караванов. Поэтому, вроде как, не несет ответственности за свои слова. Но его рассказы сегодня, как раз, находят подтверждение.

Никто не пытался вымерить процентное соотношение позитивной информации и домыслов, сплетен, слухов в рассказах Светония, но тенденция к преувеличению в ЖДЦ явно присутствует.
Например, образ Тиберия... Каким он запоминается?
О внутренней и внешней политике (Тиберий за 23 годы сделал немало для империи) остается какое-то смутное впечатление. Зато картины его досуга, во всех подробностях расписанные Светонием, запоминаются очень хорошо. Будто и не Тиберий вовсе инициировал законы, направленные против роскоши и морального упадка римских граждан. А сколько при нем смертных приговоров в год выносил сенат?
Однако негатив после чтения Светония затмевает все действительные заслуги Тиберия.
Если сравнивать труд Светония с Тацитом, то последний ограничился тем, что закончил свой рассказ о Тиберии следующими словами: «Но под конец, следуя лишь своей природной склонности и не ведая более ни ужаса, ни стыда, он (Тиберий) без разбора предавался пороку и совершал кровавые злодеяния».
Но ничего подобного нет ни у Плутарха, ни у Ювенала, «бичевателя пороков» - они оба сообщают о «спокойной старости» Тиберия.
Кому из них верить?
С учетом того, что сегодня известно о жизни самого Светония, можно сделать предположение, что он развлечь публику и шокировать (это известный авторский прием, встречающийся в античной литературе). Он не думал о том, как отнесутся к его рассказам через несколько веков. И как вопримут его книгу в купе произвединями христианских авторов.
Ведь кому мы обязаны нашим сегодняшним преставлениям о Риме?

Тиберий - не единичный пример. Можно поспорить о пожаре в Риме при Нероне. Притом, что у последнего, возможно, хватало «тараканов» в голове. Но его вина в поджоге не доказана. Если судить чисто по-человечески, то получается, что Нерон был законченным пироманом, ведь он нисколько не опасался, что огонь перекинется на «Золотой дом», где им же самим были собраны величайшие, художественные ценности.

Вы лучше меня знаете спорные места в античных источниках.
Сохранился ли хоть один оригинал Тацита или Светония? Каким периодом датируются списки? Где гарантия, что в авторский текст не были добавлены поздние вставки?

Возвращаюсь к заявленной теме.
Возможно, гладиаторские бои на самом деле были не настолько кровавыми, как это принято сегодня считать, в основном благодаря художественной литературе?
Как часто и как массово происходили убийства на арене?
Про казни христиан в Колизее, не говорю. С этим все понятно. Они жили наперекор римским традициям, и представляли собой явную угрозу для Рима. Поэтому против христианства, подтачивавшего столпы императорский власти и государственности, включился механизм, защищающий систему.
Но гладиаторы занимали в Pax Romana особое место. В подготовку профессионалов вкалывали большие средства дл ятого, чтобы сделать бой более качественным – зрелищным и продолжительным.
Можно ли допустить, что их вот так, просто, отправляли их на убой?..
При той частоте, с которой происходили игры, владельцы гладиаторских школ «прогорели».
Аватара пользователя
Analogopotom
Администратор
Администратор
 
Сообщения: 4599
Зарегистрирован: 25 мар 2006, 00:21
Откуда: РСФСР

Сообщение Analogopotom » 03 июн 2006, 16:09

Значит, Ваш ответ надо понимать так, что всякий уважающий себя римский город обязательно имел арену, где устраивались магистратами или претендентами на данную должность или просто меценатами и патронами для своих клиентов зрелища - в том числе и гладиаторские бои.


А то! Идя навстречу требованию "Panem et circenses", особенно, навстречу второй части требования, власти были просто обязаны построить арену.
Других-то развлечений не было. :wink:

"Некоторые из амфитеатров, как, например, те, что стояли на границе, проходившей по Дунаю, или же в североафриканской Нумидии, сооружались исключительно для солдат расквартированных там римских легионов, т. е. в некотором роде в рамках обеспечения жизнедеятельности войск". Во-от.
Аватара пользователя
Analogopotom
Администратор
Администратор
 
Сообщения: 4599
Зарегистрирован: 25 мар 2006, 00:21
Откуда: РСФСР

Сообщение Analogopotom » 04 июн 2006, 17:15

Об участии женщин в гладиаторских боях.

«Смейся тому, как, оружье сложив, она кубок хватает»

«Зрелища он устраивал постоянно, роскошные и великолепные, и не только в амфитеатре, но и в цирке. Здесь кроме обычных состязаний колесниц четверкой и парой он представил два сражения, пешее и конное, а в амфитеатре еще и морское. Травли и гладиаторские бои показывал он даже ночью при факелах, и участвовали в них не только мужчины, но и женщины». На одном из праздников в декабре он выставил даже женщин против карликов. Нужны были все новые мерзости для того, чтобы щекотать притупившиеся нервы зрителей, бедных или богатых, благородного или низкого происхождения.
Выступление жешцин-гладиаторов, о котором упоминает Светоний в жизнеописании императора Домициана (81—96 гг.), уже в то время не считалось чем-то новым. Еще при Нероне (54—68 гг.), который «заста-
вил сражаться даже 400 сенаторов и 600 всадников, многих—с нетронутым состоянием и незапятнанным именем», в цирке устраивались кровавые бои женщин-гладиаторов, в которых участвовали даже женщины из почтенных семейств, как пишет об этом Тацит в своих «Анналах», что считалось особенно позорным. На девятом году правления Нерона эти омерзительные женские поединки приняли прямо-таки возмутительные масштабы. В честь армянского правителя Тиридата, посетившего Италию, в 66 г. в Путеолах (Поццуоли) были устроены даже одновременно выступления африканских гладиаторов обоего пола. Поэт Ювенал (ок. 60—140 гг. н. э.), описывая в своих сатирах испор-ченные нравы Рима, с насмешкой вопрошал:
Кто не видал эндромид(1) тирийских, не знает церомы(2),
Кто на мишени следов не видал от женских ударов?
Колет ее непрерывно ударами, щит подставляя,
Все выполняя приемы борьбы,— и кто же? —матрона!
Ей бы участвовать в играх под трубы на празднике Флоры;
Вместо того не стремится ль она к настоящей арене?
Разве может быть стыд у этакой женщины в шлеме
Любящей силу, презревшей свой пол? Однако мужчиной
Стать не хотела б она: ведь у нас наслаждения мало.
Вот тебе будет почет, как затеет жена распродажу:
Перевязь там, султан, наручник, полупоножи
С левой ноги; что за счастье, когда молодая супруга
Свой наколенник продаст, затевая другие сраженья!
Этим же женщинам жарко бывает и в тонкой накидке.
Нежность их жжет и тонкий платок из шелковой ткани.
Видишь, с каким она треском наносит мишени удары,
Шлем тяжелый какой ее гнет, как тверды колени,
Видишь плотность коры у нее на коленных повязках.
Смейся тому, как, оружье сложив, она кубок хватает.
Лепида внучки, Метелла слепого иль Фабия Гурга!
Разве какая жена гладиатора так наряжалась?
Разве Азила жена надрывалась вот так у мишени?
Только в 200 г., когда состоялось особенно много поединков женщин-гладиаторов, было запрещено женщинам выступать в качестве бойцов, что явилось заслугой просвещенных юристов, а вовсе не правившего в то время императора Септимия Севера.

Прим.
1. эндромида - греческий плащ из шерстяной ворсистой ткани.
2.церома – мазь из воска, кторой натирались борцы, чтобы сделать тело скользким.
Аватара пользователя
Analogopotom
Администратор
Администратор
 
Сообщения: 4599
Зарегистрирован: 25 мар 2006, 00:21
Откуда: РСФСР

Сообщение Yamamoto » 05 июн 2006, 13:12

Вот интересно.
Количество умертвлённых людей и животных на аренах должно было быть дикое кол-во!
А археологически это как-то подтверждено?
Где всё это захоранивали?
Аватара пользователя
Yamamoto
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 13
Зарегистрирован: 05 июн 2006, 11:41
Откуда: Moscow

Сообщение Analogopotom » 05 июн 2006, 14:34

Yamamoto писал(а):Количество умертвлённых людей и животных на аренах должно было быть дикое кол-во!
А археологически это как-то подтверждено?
Где всё это захоранивали?


Гладиаторов хоронили на отдельных кладбищах. С какого периода это происходило, попытаюсь уточнить. А трупы животных, скорее всего, кремировали. Не поедали, точно! :lol:
Что-что, а гигиену и чистоту в Риме соблюдали.
Аватара пользователя
Analogopotom
Администратор
Администратор
 
Сообщения: 4599
Зарегистрирован: 25 мар 2006, 00:21
Откуда: РСФСР

Сообщение Yamamoto » 05 июн 2006, 14:40

Хоронили, отлично!
Значит археологически - это должно прослеживаться, кстати как и постоянная кремация...
ведь это не один или два раза было...
а тысячи раз как минимум...
Аватара пользователя
Yamamoto
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 13
Зарегистрирован: 05 июн 2006, 11:41
Откуда: Moscow

Сообщение Гиви Чрелашвили » 05 июн 2006, 15:20

Как в том фильме... "Помнить должен, но я не помню".
Не так-то легко это археологически и проследить.
Археология - это сила-наука.
Без нее истории было бы намного хуже.
Но и она далеко не все может.
Простые гладиаторы - это же не фараоны.
Их хоронили просто, без помпы.
Что, кроме костей, можно откапать ?
Мечи к ним в могилы не клали.
Хотя бы потому, что они могли пригодиться другим, еще живым, гладиаторам.
И как их кости отличить от других костей ?
И самое главное: фактор захоронения гладиаторов в то время был столь незначителен, что никаких точных координат их захоронения, я думаю, никто из историков не оставил. Где искать-то ?
Италия большая, и, возможно, на многих могилах уже давно построены
целые города.
Кстати, римляне вообще-то по своим обычаях трупы сжигали, а не хоронили. Но то - трупы римских граждан.
А что с гладиаторами ?
Я, кстати, не уверен, что их именно хоронили.
Процесс предания тела земле как последнего долга умершему (я подчеркиваю это, то есть, именно предание земле как обряд) появился позже. Но вот возможно римляне зарывали в землю тех, к кому испытывали презрение и кого считали недостойными для кремации
(варваров, врагов). С гладиаторами - сложнее.
Многие из них были римскими гражданами.
Такие люди могли быть осуждены в гладиаторы за преступления.
Такое точно было. Это как срок. Отбыл два года гладиатором, если выжил, потом возвращаешься к нормальной жизни. Я имею в виду, конечно, римскую чернь. Знатных людей в гладиаторы не отдавали.
Если что, их просто изгоняли.
Так что тут много вопросов.
Но даже если такое кладбище (если оно вообще было) удалось бы раскопать, как можно установить, что кости эти - именно гладиаторские ?
Мало ли чьи они могут быть ?
Аватара пользователя
Гиви Чрелашвили
Фукидид
Фукидид
 
Сообщения: 2399
Зарегистрирован: 05 дек 2005, 21:22
Откуда: Филадельфия

Сообщение Yamamoto » 05 июн 2006, 15:27

Не согласен...
Давайте на минутку представим, что такое кладбище действительно найдено.
Какие должны быть следы на костях? Следы от орудия, некоторые кости вообще разрублены...
Следы от когтей и зубов животных...
Если найден один скелет - это одно дело, но если массовое захоронение...
Аватара пользователя
Yamamoto
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 13
Зарегистрирован: 05 июн 2006, 11:41
Откуда: Moscow

Пред.След.

Вернуться в Древний мир

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: Google [Bot] и гости: 1