Адыгэхэкуж (Черкессия, Circassia): друидизм и Кавказ. война.

Модераторы: Толстокосов, Лемурий, Scaevola

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:43

Что касается восприятия религии, то мировоззренчески, на массовом народном уровне, это был, очевидно, синкретизм. Читая и слушая рассказы воспитанных стариками (см., например, «Дорога домой» М.Хакуашевой) о сказках и проявлениях мировосприятия старшего поколения видно сочетание языческого сознания и монотеистического. Возможно, это вроде бы противоречивое состояние ментальной среды «патриархального» (традиционного) адыгского (кабардинского) общества той поры было обусловлено самой мировоззренческой историей адыгской культуры: образ Тхьэ (по-гречески, кстати, это слово означает «божество», но может, допустим, на подсознательном уровне, пониматься и с адыгского – «несущее нас», например) – был ли у него образ? К моменту приятия ислама, похоже (см замечания путешественников и см ниже предположения об традиционном адыгском мировоззрении) в ментальном сознании адыгов (народной массы) уживались представление об абсолюте без образа и одновременно его персонификация на уровне обыденного сознания (антропормофизация – это видно и по выражениям в языке – «на ком хороший глаз Бога» и т.п.). Адыги обращались к Тхьэ, Тхьэшхуэ и это был сакральный момент в простой и жизненной картине мира, можно посмотреть на нартский эпос с его органичностью тхьэпэлъытэхэ повседневной людской жизни, простотой восприятия всяких джиннов, алмэсты и духов природы. Поэтому, ислам, наименее мистическая религия среди оперирующих словом «Бог», был адыгам, пожалуй, ближе всего. Посмотрим на адыгские хохи – понятие «Бог» стержневое; с другой стороны – деление мира на явный и неявный (но и тот и тот, в исламе, – в абсолютной власти Творца, что должно быть близко представлениям адыгагъэ о человеческом достоинстве, зло не существует само по себе), деление разумных существ на людей и джиннов.
Оставим в стороне вопрос о особенностях, которые могли быть в традиционном сознании адыгов - таких мировоззренческих моментов, как вопросы, например, эсхатологические и т.д. (хотя это могло быть интересно для выявления взаимосвязей, влияний, но слишком тяжёлая тема). Что стоит, например, за понятием «хьэдрыхэ» или «хьей»?. (О теме предопределения есть впечатление, что кое-в-чем представление о нём противоречит более демократичным представлениям той же исламской теологии – лишь Богу ведомо, кто обречен и есть шанс стать лучше до последнего вздоха, а у адыгов как будто жестче предопределенность человеческой природы каждого индивида, тем самым может оправдываться сугубо негативное отношение не по конкретному поводу а вообще, раз уж признали (или молва признала) подлецом или несчастливым. Это как поколениями не забывать что такой-то пукнул на свадьбе) + есть в сказках, в т.ч. записанных для дидактики кабардинскими просветителями, выражение «шейтIан абы текIуащ» - в классической исламской традиции сказали бы «он пошёл за шайтаном», а не «шайтан его победил», для шариатского мировоззрения это существенная разница.
Но оставить эту тему в стороне можно, потому что, хотя она имеет значение для сегодняшнего дня, но в сути мифологичность восприятия – такая, какая была характерна для традиционного мировосприятия – в прошлом.
Сегодня нет ни той среды, ни того мироощущения в массе адыгов. В прошлом осталась традиционная этнокультурная среда. Другой пока… Может, и есть, но лучше говорить о состоянии адыгского этнического культурного поля и предполагаемых возможными чертах новой этнокультурной среды в современных условиях для сохранения и развития потенциала (еще не растерянного) этнокультурной традиции, включившей уже в себя и исламский фактор.
(В 90- е годы читал такую заметку в приложении «НГ-религии» - «Сплотит ли адыгов зеленое знамя ислама?». В ней говорилось, что с одной стороны, в традиционном адыгском обществе ислам для массы народа был формой: хотя определенный мировоззренческий заряд как бы выкристаллизовал понятие о Боге и мироздании, но мышление народа в значительной мере сохранило суеверность. С другой, он стал средством этнополитической да и социальной консолидации – об этом и современные исследователи говорят. Сегодня же картина мира и общий доступ к информации у адыгов значительно увеличился, многое из ментальной среды ушло, а возможность воспринимать религиозные учение и культуру стала намного больше.
Моё впечатление: я встречал адыгов с, скажем так, характерным этнокультурным обликом. Мало среди молодых российских адыгов, слышал о стариках (см. выше о примерных носителях) среди российских адыгов, встречал живых стариков из репатриантов и молодых репатриантов из Турции. Кажется, с различными особенностями, но о этаком цельном этнокультурном облике индивидуальном можно говорить в отношении тех, кто рос в моносреде, скорее сельской, иногда – на уровне семьи, но такой среды всё меньше и меньше. Адыги всё более урбанизированны – в смысле, теряют некий выраженный этнокультурный облик, сохраняются, как проявления, некоторые черты, не обязательно позитивные, кстати. И мифологичность сегодня другая – та же что у многих других в условиях глобального информационного общества – стереотипы в условиях невежества (оценивается как «невежество» по стандартам культурных ценностей традиционных). В том числе это проявляется в идеологизировании : на фоне этничности – нацистские замашки вместо адыгства, на фоне религиозности – салафизм-ваххабизм вместо культуры ислама. Ну а о «масс-культуре» в «вестернизированном» варианте…
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:43

Этика мышления и поведения – вот что может быть главным сегодня для формирования новой этнокультурной среды среди адыгского этноса, рассеянного по миру в условиях глобальности информационного поля, далёкого при этом от идеала. Именно в этом подспорьем может служить культура мышления и суждения адыгства, а также религиозная – причем не только мусульманская, но и просвещенная христианская, да и просто научная – в комплексе.
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:44

Итак: гипотетические «вехи» истории ислама среди адыгов на родине –
1) мамлюкское влияние, следствием которого, возможно, стало появление мусульманской аристократии и исламизация (формальная) уорков. Если смотреть на сообщения источников, то, похоже, религиозность большей части мамелюков была твёрдой в смысле религиозной идентификации себя (во всяком случае, у бывших мамелюками с детства) , но не глубокой в духовном плане=плане знаний (это обычное явление среди подобных воинских формирований из рабов в мусульманском мире, их образование было утилитарным, т.е. в первую очередь военным, а в плане религиозных идей с ними системной работы не велось). Похожая на мамелюкскую система уоркства (только со свободными участниками, без рабства профессиональных воинов), была похожа и в отношении религиозности, тем более что кадров духовенства особых не было.
Но постепенно дело меняется – 2) этап – османское влияние, с 15 века, через Черноморское побережье и Крым.
Вспомним десанты и гарнизоны турецких войск на адыгский берег Чёрного моря, походы крымцев и приданных турецких отрядов вглубь адыгских земель. Из сообщений, подобных приводимому Ш.Нэгумэ об истреблении во время одного из походов христианских священников, складывается, видимо, вывод некоторых историков о «насаждении ислама огнем и мечом». Может быть, это не совсем корректный вывод. История мусульманского мира показывает, что исламизация населения развивалась либо путём проповеди в немусульманских землях либо при поддержке политических мер властей, в достаточной степени контролирующих регион. Контроля над страной адыгов у османов и крымских ханов на самом деле не было – настолько, чтоб «насаждать» ислам. Зато они могли «прикладывать усилия» - «противодействуя» иноконфессиональному влиянию и поддерживая «происламские» партии среди знати, посылая им «религиозных наставников». Вполне возможно, что совпадение целого ряда факторов сформировало предпосылки и обеспечило успех деятельности кабардинской элиты по исламизации народа на стыке 18-19 веков.
Вспомним, ещё в середине 18 века группа кабардинцев из уорков и крестьян во главе с князем переселилась в Моздокское урочище и «приняла» православие (хотя, возможно, некоторые крестьяне и так считали себя христианами, см. сообщения С.Броневского о религиозной ситуации среди кабардинцев в нач. 18 века). Очевидно, это было следствием внутрикабардинской борьбы между различными группами элиты. Победила в ней «кашхатауская»-«протурецкая» партия, но идеи исламизма вполне могли быть объединяющим началом между ней и другими, включая «баксанскую», особенно в условиях обострившегося противостояния с Российской империей. Можно согласиться с Кажаровым – князья и уорки стали более едины под исламскими лозунгами и уровень их религиозности повысился. Катализатором выступила борьба с Российской империей. Этому предшествовал упадок (уничтожение) в адыгских землях, в т.ч. при «помощи» крымско-турецких военных экспедиций, влияния носителей христианской религии – к первой половине 18 века, постепенный рост влияния ориентированных на Порту аристократов (не знаю, можно ли говорить о подрыве авторитета традиционного адыгского язычества, например, в глазах кабардинских уорков, а может быть, к тому времени оно было авторитетным только для крестьян) . «Дорога» к присягам на верность шариату и учреждению шариатских порядков в начале 19 века (указать подробнее, напомнить что там также было записано «и по примеру Франции» – о социальном равенстве, хотя уорки понимали это только в отношении дворянства), приносимым на всекабардинских хасэ первых годов 19 века в первую очередь князьями и дворянами, а затем народом, - лежала и через тяжёлые поражения кабардинцев от царских войск во второй половине 18 века, потерю из-за российского вторжения кабардинской знатью влияния на соседние народы, земель, появление «Моздокского убежища» для беглецов, объявление без согласия знати суверенитета российского царя над Кабардой, рассекновения адыгских земель линией укреплений между кабардинцами и закубанцами.
Кажаров пишет, что возобладавшая княжеско-дворянская группа, основными деятелями которой стали пассионарные личности и талантливые организаторы, боролась за существование независимой Кабарды и именно с этой целью, чтобы сплотить народ перед «российской угрозой», предприняла комплекс мер по распространению и внедрению среди дворянства и простого народа исламской религиозной практики и шариатских норм. На сходах начала 19 века кабардинские дворяне клялись руководствоваться во внутрисословных разбирательствах нормами шариата, не курить табака, не пить вина. Об итогах деятельности эфенди Исмаила Абукова (из уоркского рода) пристав Кабарды Дельпоццо писал в 1-й четв 19 века, что он сумел повлиять на кабардинцев настолько, что те перестали курить и нюхать табак, пить горячее вино (может, имеется в виду хмельное махъсымэ?), сквернословить, устраивать набеги друг на друга, отрастили бороды и стали носить длинные черкески вместо коротких, а также отказались от некоторых закреплённых обычаем прав на произвол в отношении чужого имущества (еще что они чалмы на шапки надели)..
С другой стороны, Кажаров также пишет, что подобная деятельность была также следствием повысившейся религиозности кабардинской знати. Появились те, кто был достаточно религиозен, чтобы считать своим религиозным долгом исламизировать народ. Возможно, к этому времени среди адыгов увеличилось количество относительно (относительно чего – это интересный вопрос, какое образование и где они могли получить и как это сказывалось, содержание этого образования, в т.ч. на восприятии религии и её соотношения с современными им реалиями) образованных в религиозном плане мусульман. Такое «образование» можно было получать в подконтрольных Порте прибрежных районах (крепостях), в Крыму. Не исключены и усилия черкесской элиты Османской империи.
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:46

Если посмотреть на мусульманскую историю, то уже с первых её веков можно найти примеры, схожие с исторической ситуацией адыгов. Собственно, сами арабы были народом, жившим в условиях национальной системы мировосприятия, мировоззрения, мифологичной, этнокультурной, языческой и в то же время знакомой с и впитавшей элементы межнациональных религиозных учений (имеются в виду различные формы христианства, иудаизма, буддизма, манихейства). Но мир, окружающая геополитическая, социально-экономическая среда трансформировались к определённому моменту настолько, что имеющейся этнокультурной системы стало недостаточно именно на мировоззренческом, теологическом, духовном уровне. И некоторые части этой системы стали восприниматься как недостатки. И появившийся ислам имел успех в первую очередь среди тех групп населения и индивидуумов, которые были в авангарде этой этнокультурной трансформации (горожане, купцы, странники, приграничные племена, вожди племён, которым приходилось вплотную иметь дело с современными реалиями). В отношении же пока еще достаточно законсервированных в своей среде членов кочевых племён в Коране сказано «Пусть не говорят бедуины – «мы уверовали» («аману», еще одно значение – встали на верный путь, стали в завете с Богом), вера еще не проникла в их сердца, пусть говорят «мы примирились» («саляму», покорились, значение глагола – нести мир, гармонию). (сура, аят – 46;13). (Интересно, именно такие племена, ставшие муслимами, но в основном не ставшие муаминами, стали носителями завоевательной идеологии – бедуины, берберы, тюрки…).
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

адыгская цивилизация

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:47

«История религий», в 2-х т., т.1, учебник, //В.В.Винокуров, А.П.Забияко, З.Г.Лапина и др. под общ.ред. И.Н.Яблокова – М., Высшая школа, 2002, 463 с.
С.12: «Цивилизации представляют собой большие, длительно существующие самодостаточные сообщества (локальные и региональные) стран и народов, с выраженной социокультурной спецификой, своеобразие которых обусловлено, в конечном счете, естественными, объективными условиями жизни, в т.ч. и способами производства. Эти сообщества в процессе своей эволюции проходят стадии возникновения, становления, расцвета, низложения и разложения (гибели).
Предмет и сфера применения цивилизационного подхода – история как процесс жизнедеятельности людей, наделенных сознанием и волей, ориентированных на определенные ценности, специфические для данного культурного ареала, цивилизационный подход раскрывает те формы, в которых, история стран и народов предстает взору исследования.
Цивилизационный подход имеет в виду анализ истории «по горизонтали», т.е. анализ уникальных, неповторимых образований, сосуществующих в историческом пространстве-времени. С.13: Ц.п. отдает предпочтение культурологическому фактору, на первом плане не производство средств к жизни, а сама жизнь в единстве разных её аспектов…»)
адыгская цивилизация
к середине 18 века стала на пороге кризиса. Российское гос-во по самой логике своего развития шло на Кавказ, у сильного государства на территории, называемой сегодня Россия, геополитика складывалась в ходе конфронтации с другими державами, так что шахский Иран, Османская Порта и Британия с Францией своими антироссийскими интригами и стремлениями к установлению контроля над нашим регионом – такие же участники обрушившейся на адыгскую цивилизацию «дубины глобализации». Вопрос в том, почему именно ислам, как стержень в изменившихся условиях (более глобальный стержень в более глобальных условиях) стал выбором влиятельной части этноса. Турецкое влияние? Антагонизм к РИ? Ш.Нэгумэ полагает, что ближе адыгскому нраву христианство. С.Бетуганов и В.Кажаров – что индивидуалистам, суеверным, но не мистифицированным адыгам-воинам ближе был ислам. Я уже выше написал насчет мировоззренческого благоприятствования более исламу, чем христианству, в адыгском традиционном ментальном сознании.
Саидбаев указывает на большую сохранность традиционных общественных приоритетов в исламе, с удовлетворением политических, экономических, объединительных тенденций глобального уровня – вследствие чего общества общинного типа (подразумеваются и традиционалистские сословные – речь идет об Азии и Кавказе) предпочли ислам предшествовавшему ему на их территории христианству – оно тоже было глобальным, но разрушало общество (общинного, традиционного типа, не державного, не огосударствлённого в державном характере) в силу внемирской устремленности . (с.42-3)
«Ислам и общество», Т.С.Саидбаев, гл.ред вост лит-ры, Наука, М, 1984
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

тадждид, дух и адыги

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:50

Сегодня актуален вопрос о возможности собственно адыгского ответа «на вызовы глобализации», без привязки к какой-либо конкретной мировой религии. Об этом попозже.
Интересно сравнить ситуацию конца 19 века и сегодняшнюю.
И тогда и сейчас в мусульманском мире – тенденции тадждида – «обновления». Говорить, что это реформаторское движение – можно, но осторожно – реформация в смысле очищения и большей реализации изначального потенциала. Подразумевается потенция первоисточников ислама по увеличению благой роли религии в жизни современных мира и человека. Под тадждидом можно объединять разные направления. Главный критерий для позитивной оценки – глубина, широта и адекватность. Аутентичность вероучению здесь поверяется одновременно разумом через научный метод и сердцем, душой – через убеждение, вырастающее в том числе и на общекультурном, гуманистическом багаже, развившем человечность.
На примере России:
С середины 19 века среди интеллигенции российских мусульман развиваются идеи тадждида. Это часть общемусульманского движения той поры, но в РИ она развивалась по-своему, как и в других регионах «дар-уль муслимин», - со своим зависящим от местных условий своеобразием. Общие черты фоновой ситуации для всех – новые условия цивилизационного бытия и человеческого, общественного развития. Видимо, несколько отличной была ситуация в Средней Азии, поэтому более тесно соприкасаются явления тадждида в мусульманской среде собственно России, среди татаро-башкир и северокавказских горцев, отчасти – в Закавказье.
Культурно-просветительское движение в Кабарде, среди адыгов – может служить характерным примером российского варианта тадждида.
О чем говорили? О том, что нужно углублять ислам в народе по существу-качеству и при этом вооружаться новыми возможностями и знаниями, появившимися в мире людей, избавляться от суеверий, косности и невежества, развивать национальные культуры и именно в этом религиозный, человеческий морально-нравственный долг российских мусульман. Сюда же относилось и убеждение в необходимости повернуться к России лицом, в том, что какая бы Россия не была в настоящий момент и каким бы путём в её состав не привела судьба, позитивное для народа и его культуры (в том числе религиозной) будущее реально лишь вместе с ней, поэтому надо жить её жизнью – чтобы участвуя в её позитивном для всех развитии, занимать достойное место. В рамках тадждида так говорят именно мусульманские интеллигенты, получившие духовное образование ( некоторые – в образовательных центрах мусульманского мира). Эта их позиция основывается на понимании шариата и приверженности лучшему в культуре предков. Они видят в своей национальной культуре и исповедуемой религии общечеловеческий стержень и считают, что потенциал российского общества для реализации жизни на основе человечности и просвещённого (с нравственной точки зрения) знания – велик. Здесь можно цитировать адыгских публицистов и просветителей той поры (публикации в изданиях Кази-бека Ахметуко (Магомет-бека Хаджетлаше), труды «баксанских просветителей»…).
Тогда формировалась просвещённая интеллектуальная элита адыгов-мусульман, было их вроде бы два поколения к моменту Октября 1917. Старшее поколение – А.Дымов, Н.Цагуэ, М.Гугов (надо добавить из закубанских)… Они учились сами (Аль-Азхар, Стамбульский университет), направляли учиться других, формируя более просвещенную одновременно и в религиозном плане и в общеобразовательном прослойку. При этом это был общеадыгский процесс – Н.Цагов, был репатриантом из Турции, они поддерживали активные связи с адыгской интеллигенцией диаспоры (Турция, Египет, Ближний Восток). Через контакты с зарубежьем и диаспорой шло, видимо, и контактирование с разнообразными тенденциями тадждида в Османской империи, в мусульманском мире в целом. Объединяла адыгских мусульманских просветителей данного направления приверженность родным культуре и языку – «адыгскому сосуду» для исламского вероучения и знаний вообще, открытых на новом историческом этапе «введённому» в глобализирующийся мир адыгскому этносу.
Говоря «данного направления» подразумеваем, что под исламским просвещением могли подразумеваться и тенденции арабизации или отуречивания, увеличения в народе формальной религиозности или культурных стандартов в отрыве от национальной культуры, без апелляции к ней, без использования её потенциала. Пропорции подобного рода и внутри движения тадждида различались в ту или иную сторону (см., например, высказывания о медресе Дымова и медресе Гугова в Кабарде).
Сравнивая с сегодняшним этапом, когда мысли адыгских мусульман-просветителей конца 19 – нач. 20 века так актуальны, можно отметить, что сегодня тадждид опирается не только на более глубокую базу в плане общих знаний, методологии познания и преподавания, но и в плане религиозного знания.
И сегодня культурно развитый по понятиям современной цивилизации адыг-мусульманин, несущий при этом в себе дух культуры своего народа, может верно чутьем определить разницу между гуманистической сутью религии, её конкретных проявлений в актуальном формате и невежественным формализмом. Но так как в информационном поле велико влияние искажающих подходов, эксплуатирующих всё еще распространённые невежество и стереотипы людского восприятия, то имеющаяся в классической мусульманской традиции методика преподавания и иджтихада (исследования актуальных вопросов современности через призму первоисточников вероучения), отвечающая стандартам и результатам современной науки в отношении того, каким должно быть исследование и к чему должно вести образование – должна быть еще более востребована, потому что информационная нагрузка на наш народ в частности и её последствия во много возросли. При этом ислам значительно более открыт для непредвзятого исследования - в 1-ую очередь, самими мусульманами - чем это было в Османской империи. В то же время, он менее защищен от искажения в массовом восприятии тех же мусульман. Сегодня серьезные силы работают на поддержку и распространение в мусульманской среде радикалистской идеологии, при этом искажающей и примитивизирующей религию. При этом далеко еще до преодоления многовекового груза примитивного, поверхностного, невежественного восприятия религии массами, устоявшихся косных (в том числе и в идеологическом плане) традиций среди «духовенства».
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:52

В России формирование, развитие и деятельность адыгской мусульманской интеллигенции было прервано в 1920-е годы. Шариатское движение, отряды Назира Катханова поддержали красных (а в Адыгее?), но с середины 20-х годов закрываются шариатские и адатовы суды, начинаются репрессии против религии и её носителей.
Формирование (ре-формирование) … хотел написать «мусульманского духовенства», но на самом деле, реализация стремлений тадждида ведёт ( и тогда была направлена) к подъёму религиозной и общей просвещённости народа. Современный мулла среди российских адыгов – это проявление общего для мусульманского мира исторического явления – отдельные люди взяли на себя исполнение общественных религиозных отправлений (брак, развод, похороны), но их может выполнять на самом деле любой мусульманин. Распространение, передача знаний, интеллектуальная помощь – вот основные функции духовенства в исламе – т.е. просто образованных, просвещённых мусульман. В идеале, конечно, всем мусульманам лучше быть духовенством, но на практике в шариате реалистично считается, что в духовной сфере так же есть специализация: у всех должен быть минимум религиозных познаний, необходимый для достойного бытия верующего как верующего, а те, кто посвящает себя интеллектуальной деятельности, должны находиться в рамках системы, которая, с 1-й стороны, способствует такой деятельности и её роли в жизни и развитии общества, с другой – контролирует качество этой деятельности. Проблемой мусульман сегодня является то, что история общины сложилась так, что просвещённая традиция на сегодняшний день отнюдь не преобладает в мусульманском мире, зачастую и там, где указанная выше система в том или ином виде существует. Поэтому и «минимум религиозных познаний, необходимый для достойного бытия верующего как верующего» сегодня не таков каким мог бы быть, для сегодняшних условий.
Возвращаясь к российским адыгам: очевидно, что религиозно образованных людей очень мало, а религиозно просвещённых – еще меньше. Возможно, именно благодаря культуре мышления, унаследованной от национальной культуры (от исламизированного адыгства?) среди советских адыгов сохранялись носители такого «интеллектуального, духовного чутья» (я имею в виду именно тех, кто идентифицировал себя как мусульман). Но падение СССР, системы, стоявшей на страже идеологической безопасности, резко возросшая открытость информационным ветрам и появление такого явления как сектантский по сути «кабардино-балкарский джамаат» и 13 окт 2005 г., показывают – информационная безопасность – это прежде всего распространение подлинного знания.
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:53

В настоящий момент среди российских адыгов две более зримых формы бытования ислама и одна постепенно развивающаяся, отражающая одновременно и изначальную гуманистическую традицию основ этой религии и сегодняшний тадждид – духовно-интеллектуальное движение, направленное на реализацию потенциала религиозного вероучения в новых условиях.
1) «этническое» мусульманство. Для российских адыгов это означает проведение нэчыхьэтх, похорон по мусульманскому обряду, поминание Аллаха в речи и, возможно, соблюдение каких-то этических норм, унаследованных через воспитание от предков, в культуре которых был неким образом синтезирован и исламский фактор.
2) религиозность с ярко выраженными формальными признаками. Тут речь идёт о субкультуре, сформировавшейся в течение последнего десяти-пятнадцатилетия, в основном, среди молодёжи, в результате деятельности, в первую очередь, салафитских проповедников, салафитской пропаганды. Речь здесь идёт в первую очередь о ментальных признаках, так как ношение/неношение хиджабов или бород, степень употребления в речи арабских слов – дело второе.
Ментальные признаки обусловлены сутью, содержанием салафитской ереси (идеологии).
Салафизм исторически и в настоящем достаточно разнообразное явление, не все его проявления сами пользовались (пользуются) термином «салафия», но их обобщение под этим термином правомерно, т.к. основано на характерной идеологической особенности: то, зачем они апеллируют к «праведным предшественникам (предкам)». В мусульманском религиоведении выражение «салаф салих»↑ носит позитивный оттенок и употребляется в отношении трёх первых поколений мусульман, вернее, тех из них, кто составил духовно-интеллектуальное ядро общины.
По истории ересей (сектантства) в мусульманской общине можно будет некоторую справку: дать сведения начиная с хариджитов (…), привести высказывания навроде таких:
“Можем в первую очередь обнаружить, что большинство сект вовсе не чужды политике, что они и возникли-то на политической почве, но вопросы политического характера у них проходят сквозь призму специально созданных религиозных воззрений и понятий” (Н.А.Смирнов, “Мусульманское сектантство”).
“Экстремизм среди мусульман получил дыхание не в результате естественного религиозного развития, а в результате возникновения и деятельности ряда мусульманских сект. Некоторые из них защищают “ценности”, далекие от традиционного ислама, а их приверженцы, рьяно подчеркивающие свою к ним принадлежность, не ведают об этом” (Е.М.Примаков, “Мир после 11 сентября”).
Что же касается современной картины с салафизмом , то условно она берёт начало в 18 веке, с деятельности Мухаммада ибн Абдульваххаба на Аравийском полуострове. Выше уже говорилось о «стагнации и выхолащивании религиозно-культурной мысли в Османском халифате». Реакцией на это стал не только тадждид в рамках традиционного, ортодоксального суннитского ислама, но и активизация структурного, организованного сектантства, которое позиционировало себя «ортодоксальным фундаментализмом» (и до сих пор, к сожалению, слово «ортодоксы» и «фундаменталисты» в отношении мусульман употребляется не по тому адресу). Активизация эта произошла благодаря резонам геополитики Британской империи. Её интриги и материальная поддержка и идеологическая база «ваххабизма» стали опорой клану Саудов в его кровопролитной деятельности по установлению своей власти на полуострове и борьбе с османскими властями и другими силами в регионе. Правда, «ваххабизм» изначально был шире, чем просто база для Саудовских походов, благодаря чему, после поражения САудовского гос-ва в 19 веке и восстановления османского суверенитета над Аравией, стал идеологией неохариджитских джамаатов, для которых все формальные мусульмане, не относившиеся к их числу, были объектом агрессии. Идеологическое наследие этих экстремистских группировок аукается сегодня тем же Саудам деятельностью международных и внутренних экстремистских организаций, ведущих «самостоятельный джихад», в т.ч в индивидуальном порядке, «во имя шариата», «против неверных».
К салафизму «ваххабизм» относится потому, что в своей идеологии апеллирует к наследию «праведных предшественников», которое должно оживить ислам сегодня. Точно так же считали и считают и представители просвещённой традиции в нормальном суннизме, но при этом они не отвергают наследия мусульманской религиозно-культурной мысли последовавших за первыми поколениями эпох. Потому что к сегодняшнему дню ведёт непрерывное прошлое и разрывать преемственность традиции без ущерба религиозной толерантности невозможно. У идеологов же и конкретно «ваххабизма», и салафизма вообще получается следующее: раз, по их позиции, в мусульманском наследии эпох, последовавших за поколениями «салаф салих», слишком много искажений первоначальной религиозной чистоты, значит, должна быть проведена ревизия. Отличие салафитской ревизии от ревизии традиционных мусульман - в лекалах. Салафизм – это политическое явление. Это идеология, обслуживающая чьи-то интересы. Говоря об искажении первоначальной чистоты, салафитские шейхи получают возможность спекулировать наследием первых поколений так, как им угодно, потому что каждый мусульманин не может самостоятельно разбираться в том, что именно исказили последовавшие за «салаф салих» поколения и какова она, первоначальная чистота, в плане воплощения её в современных реалиях. Таким образом, мусульманин оказывается в ловушке – религия искажена, он не может рассчитывать ни на кого, кроме тех, кто берёт на себя труд разъяснить ему, как же быть стремящемуся к полноте своей религии мусульманину в актуальных жизненных обстоятельствах. И так как салафизм – политическая идеология, то, в отличие от традиционных авторитетов, салафитские шейхи объявляют свою позицию единственно верной, а неследование ей – уклонением от религии. Спасение мусульманина только в том чтобы следовать указаниям конкретных (салафитских, конечно) шейхов во всем: и в религиозной практике, и в повседневных делах.
Но такая схема – это всего лишь форма, необходимая для организации манипулирования массами и достижения определённых политических (в данном случае) целей. ПО такой схеме организуются любые тоталитарные течения, включая секты. Вопрос в характерных идеологических признаках, роднящих исторических ваххабитов, современных салафитов и прочих, как бы они себя не называли. Совокупность этих признаков и реальных последствий существования и деятельности подобных течений и показывает, зачем они нужны и чем грозят.
Ставка салафизма – это невежество масс, примитивизация восприятия религии, подмена жестким внешним (агрессивным) формализмом духовно-интеллектуального развития верующего, подавление критического разумного начала (чтобы слепо подчинялись и следовали), внушение стандартов шаблонного, стереотипного мышления, позволяющего внушать то, что нужно, жесткое деление на своих и чужих, на «верных» и «неверных» (вообще, в противовес просвещённой традиции традиционного ислама, большая любовь к идеологическим штампам и ярлыкам). Политическая история мусульманской общины, в которой большая часть правителей с разной степенью осознанности и для себя этого сформулированности предпочитала именно подобный подход (в своих корыстных интересах), оставаясь при этом в рамках официально традиционного ислама, но примитивизируя духовенство благодаря контролю над поддерживающей его системой – аукнулось мусульманскому миру в новые времена, когда геополитика вышла на глобальный уровень и серьезным силам стало интересно, что и кого в мусульманских странах можно использовать в своих интересах с учетом новых «технических» возможностей для ведения массовых психологических и информационных войн.
Чтобы формировать политизированную тенденцию в мусульманской среде как структурное явление (чтобы оно направлялось в нужную сторону), надо отвергнуть официальную позицию традиционного ислама: шариат становится политикой только в той мере, в какой официально является государственной идеологией. Если делать шариат политикой самостоятельно, в пику властям, общественным порядкам, то политическими, политизированными становятся и благотворительность, и предпринимательство, и частная жизнь – вся индивидуальная и коллективная жизнедеятельность верующих. На самом деле, государственная политика и общественное устройство – это лишь часть классического понимания шариата («жизнь в соответствии с законами, закономерностями мироздания, т.е. – по Божьим заповедям»), для неё должны быть определённые условия, превращение же шариата в «политический жупел», в формальную цель своей жизнедеятельности, рассматриваемой как политика (т.е. политизация мирской жизни верующего во всех аспектах) – ведёт к подрыву классического исламского мировоззрения, идентичного понятию человеческого пути из адыгагъэ (см. «Адыгскую этику» Бгажнокова): шариат – это жизненный путь, развитие человеческой личности через жизнь как дорога души, человек старается жить во благо, а не во вред , т.к. это его естественная потребность, это соответствует естественному порядку вещей (см«История этических учений», под ред. А.А.Гуссейнова, М., «Гардарики», 2003, 911 с., раздел о мусульманской этике). Если же это «политизация мирской жизни верующего во всех аспектах» - то это и ведёт к субкультуризации и маргинализации (арабское слово «мардж» – граница, маргинализация – отграничивание себя от других (привести раскрытие значения слова из словаря), что противоречит коранической заповеди – будьте единой общиной и не разъединяйтесь (аят, сура), держитесь за хабль (вервь) Аллаха и будьте братьями (аят, сура), будьте общиной муассата – середины, умеренности, а не радикально-фанатичной, потому что умеренность сообразна порядку вещей в мире).
Для того, чтобы перевести мусульманина из индивидуального состояния в маргинальное, нужны вехи, которые станут для него опознавательными идеологическими признаками, из контекста исламского вероучения должно быть вырвано нечто и сделано единственной догмой. Часть гармоничного целого должна быть выделена, преобразована и возведена в самостоятельный абсолют. Так на теле традиционной религии формируется паразит-секта (можно это и в виде цитаты, наверно, привести, подобрать что-нибудь подходящее).
Насколько я понимаю, в салафизме используются такие теологические постулаты (образованные по указанной выше схеме), которые и должны обеспечить формирование сектантского-маргинального сознания. Речь идёт об антропормофизации Бога, что позволяет:
отделить Бога от верующего в сознании последнего, закрепить в сознании верующего восприятие Бога как существа и тем самым 1) укрепить свое право на толкование того, что угодно существу; 2) «приватизировать» Бога, хотя и декларируется «Бог един и один», но в сознании верующего развивается восприятие себя как слуги некой высшей сущности, он как бы её избранник, а другие от неё дальше. То есть, верующий переключается изнутри вовне, как понимание Бога для него ограничивается и Бог становится снаружи, так и его понимание религии сужается и ограничивается. Бог становится в его восприятии могущественной силой и тем самым превращается из Абсолюта в некоего всемогущего правителя. Мне трудно подобрать слова, но тем самым человеку облегчается деление окружающих на своих и чужих, ему легче убить «неверного», легче поверить, когда говорят, что «этот народ – неверный, не жалей их, они – евреи» и т.д. Стоит обратить внимание на характерные явления атмосферы на которую влияет салафитский подход: большое распространение среди верующих имеют рассказы о фруктах, выросших во ртах умерших праведников, о деревьях, образовавших слово «Аллах», о сгоревших заживо грешниках. Могущественная сила манифестирует себя – мир рассматривается не как совокупность причинно-следственных связей, а как арена деятельности всемогущего правителя и конфликта людской верности и неверности ему. Вслед за салафитской пропагандой намаз рассматривается как урочное поклонение верховному существу, дань правителю, мысли, непохожие на привычные стандарты, вызывают враждебность, всё воспринимается на уровне постулатов, критическое осмысление воспринимается как ослушание. Это всё реалии той атмосферы, которая сложилась в субкультуризованной, маргинализированной среде, прежде всего, из молодёжи, в трёх республиках, в которых живут адыги и, к сожалению, эта атмосфера и находящиеся в ней люди – это основная, наиболее зримая часть мусульманской религиозности в наших краях. Прямое следствие такого подхода – распространение среди верующих двух одинаково негативных явлений: одни самодовольны и считают что достаточно того, что они в положенное время совершают намаз, произнося малопонятные им слова, часто говорят «Субхан Аллах» или «ИншаАллах», ходят с гордым или мрачным видом среди невеж и неверных, вобщем, совершают и придерживаются определенного стандартного комплекта и при этом в жизни соизмерение себя и происходящего с верой у них весьма поверхностное, такое же формализованное, как их «мусульманство». Другие, обычно более живые интеллектуально, попадают в сети страха (весьма существенный компонент салафитской пропаганды). Их настолько изводит неправильная жизнь вокруг и страх за свою неправильность (детальные и очень плотские рассказы о адских наказаниях и райских блаженствах – еще одно, логичное звено салафитской системы), что они бывают рады свободе через смерть за богоугодное дело. Некоторые сочетают и то, и другое.
Салафизм сужает религию и верующего во всём: в религиозной практике, в мировоззрении, в поведении. Свойственный традиционному исламу плюрализм осуждается (причем неправомочно – если исследовать этот вопрос. О плюрализме и его обоснованности и пределах – см. ниже, в т.ч. про мазхабы). Унифицируются (сокращается допустимое разнообразие) детали религиозной практики (тем самым весьма осложняется жизнь верующих), поведение, представления. В итоге:
А) последователи становятся асоциальны и выпадают из общества, становятся дестабилизирующими элементами;
Б) жизнь их настолько усложняется, что они становятся горючим материалом;
В) тем, что они явно бросаются в глаза и, при посредстве соответствующей информационной политики масс-медиа (определяемой сегодня теми же силами, что спонсируют и салафизм), компрометируют исламское вероучение в глазах не привыкших пока разбираться что на самом деле к чему масс населения.
Столь подробно разбирать салафизм и его отличия от классической мусульманской духовно-интеллектуальной и религиозно-культурной традиции следует потому, что для нашего народа, как и для всего мира в целом – это актуально. Наш регион и наш народ сегодня – субъекты геополитических интриг.
«Деятельность различного рода экстремистов из числа “салафитов” или “ваххабитов”, из “Хизбаллы” или ХАМАС в мусульманском мире была бы невозможна, если бы в их существовании не были заинтересованы некоторые политические круги. Становление ХАМАС происходило при спонсорской поддержке из Саудовской Аравии, которая не могла бы быть оказана без согласования с Моссадом и ЦРУ (см., например, “Ближний Восток. На сцене и за кулисами”, Е.М.Примаков, Москва, 2006 г., с.365). Это рассматривалось как противовес поддерживавшему связи с соцлагерем ФАТХу. Французские политологи А. дель Валь, П.М.Галлуа привели в своих исследованиях различные факты, доказывающие причастность американских политиков и спецслужб, а также их союзников к финансированию и поддержке радикальных группировок в исламском мире, и высказали предположение, что это связано с попыткой заменить “красную” угрозу миру на “зеленую”, чтобы тем самым сохранить за США роль “защитника планеты”».
Последствия распространения салафизма хорошо вписываются в концепции «однополярного» мира – «столкновения цивилизаций» С.Хантингтона, «золотого миллиарда» и т.п.
Но ислам признан «неотъемлемой частью духовно-исторического, культурного наследия России», он рассматривается как один из культурообразующих факторов возрождения России (с выступления В.путина), он стал фактором адыгства как социокультурного феномена и останется значительным социокультурным фактором среди адыгов и в странах их проживания (регионе исторической родины). Поэтому стоит обратить/привлечь внимание к просвещенной традиции, которую можно представить как настоящий мусульманский фундаментализм, способный реализовать декларации российских официальных лиц о надеждах на «позитивный фактор ислама в дальнейшем развитии России», «культурогенной роли ислама в общественном и индивидуально-личностном развитии» и т.п. (…).
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:54

ислам как мировоззренческий, культурогенный фактор может быть (уже является) частью адыгства вообще, адыгство же может рассматриваться как часть ислама лишь при условии что речь идёт об этничности находящихся в ареале влияния ислама людей, оно имеет отношение к мусульманам, к их исповеданию ислама, а не к религиозному вероучению.
Не готов говорить об адыгах западных, но на примере кабардинцев можно сказать что влияние ислама на культурогенез адыгства налицо – многие важные термины, выражающие мировоззренческие позиции, - арабские. Вопрос проследить их историю, историю адыгской этики, её взаимодействия с религиозным фактором, христианским, мусульманским – в отсутствие письменных источников, при скудости письменных сообщений… Можно пробовать, гипотетически, но для этого нужно глубже изучить наследие адыгских просветителей (можно и Къэзанокъуэ), в т.ч. в среде зарубежных адыгов и сопоставить с этиками христианства и мусульманской. Например, анализировать соотносимость арабизмов, ставших этическими терминами в адыгской традиции с их значением в мусульманской этике, я пока не готов. Интересно будет сравнить «Адыгскую этику Бгажнокова» и статью А.В.Смирнова в «Истории этических учений» о мусульманской этике, да и вообще, с литературой по вопросам мусульманской этики. Что можно сказать точно – многие нормы адыгской этики, в т.ч. мотивационные, мировоззренческие – совпадают, коррелируют с нормами адаба мусульманина и мусульманского общества у авторов классической традиции (имеются в виду те, кто писал именно об этике, основанной на религиозном учении, т.к. в этоведении мусульманского мира существует и понятие о национальных, этических в т.ч., обычаях).
с.204 «Истории этических учений» Для культуры ислама не характерно разделение на светское (мирское) и религиозное, как оно сложилось в период Средневековья в ареале христианской цивилизации. Поэтому термин «мусульманская этика» не следует считать синонимом для понятия «религиозная этика», от которого можно было бы отличить этику «внерелигиозную». Традиционная религиозно-правовая мысль в исламе разделяется на учение о «поклонении» (ибадат) и учение о «взаимоотношениях» (муамалят) людей между собой, причем вторая часть значительно превышает первую по объему и включает в себя гражданское, административное, уголовное, финансовое и другие виды права.
Также и мусульманская этика рассматривает не только сферу отношений человек-Бог, но и все виды человеческого поведения и общежития, в т.ч. и носящих «светский» характер.
Генезис и источник мусульманской этики – религиозная система ислама, но отказ от ислама как от государственной религии или шариата – как основы правовой системы - не затрагивает фундамент, системообразующие принципы – может сойти налет религиозного выражения, но целиком должна поменяться национальная культура, чтобы изменилась сама этика.
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:55

Вспомним слова Дельпоццо об огромном влиянии на кабардинцев эфенди Абукова, вспомним сетования адыгских просветителей конца 19 – нач 20 века что при том огромном влиянии, которым пользуются на народную массу муллы (эфенди), их собственное интеллектуальное развитие оставляет зачастую желать лучшего. Вспомним донесения царских чиновников об эффективности пропаганды переселения в пределы Османской империи среди адыгов именно потому, что она исходила от мулл и князей (именно в такой последовательности, судя по сообщениям источников, авторитет мулл уже в 19 веке был сильнее авторитета знати, просто в противоречия между собой они вступали редко, в период войны с Россией знать шла на уступки в вопросах ограничения своего произвола, а муллы взамен не слишком педалировали вопросы сословного неравенства. Зато после замирения, когда знать стала бесчинствовать под покровительством царской администрации, многие муллы стали активнее призывать к переселению). И, раз уж говорим о роли поддерживаемой из-за рубежа личности в религиозной истории адыгов, вспомним Муссу Мукожева и Анзора Астемирова и их авторитет среди молодёжи.
Видимо, не зря в 20-30-е годы была уничтожена религиозная интеллигенция среди адыгов, осуществлялось это при Бетале Калмыкове, а он, наверное, имел представление о влиятельности ефэнды. У народа, слушавшегося мулл, не осталось ни одной мечети. Можно отметить, что успеху способствовала харизматичность (на примере Мукожева в том числе). Это считается типичным явлением в традиционных обществах с элементами демократии (сословной в том числе). Однако харизма становится таковой только если отвечает уровню восприятия аудиторией. Этот же уровень определяется культурой аудитории и её культурностью (представлениями о том, что культурно). Это к вопросу о необходимости повышать культуру мышления и общеобразовательные стандарты.
Видимо, фольклорная традиция иронизировать над муллами была сильно преувеличена в советское время. Пускай она имела под собой основания, но, возможно, всерьёз воспринималась поговорка «не смотри что мулла делает, делай, что он говорит», да и не зря сетовали просветители (сами кстати, многие ефэнды) на невежество и суеверность народа и его мулл. С другой стороны, сегодня тема иронизирования над муллами среди российских адыгов, конечно, актуальнее, но люди помнят (кое-где они еще может и есть) стариков, не всегда называвшихся ефэнды, но бывших авторитетами с имиджем носителей религиозной и национальной культуры.
Во всяком случае, пласт арабизмов в качестве терминов адыгской этики, усвоенной народом (ведь Бгажноков получал их от информантов – стариков из сел, обоего пола), свидетельствует о наличии в этической истории адыгства школы мысли, подвергшейся влиянию ислама и обладавшей возможностью массово распространять свои формулировки среди народа. Что предшествовало этой школе? Какова была адыгская этика в период до исламизации 18 века? Она была, но явно не такой какой предстает на страницах Бгажнокова, потому что культура адыгская тогда была другой – стоит посмотреть на упоминаемые обычаи, негативные, связанные, как правило, с сословным делением общества и частотой насилия (которое они узаконивали). Но был ведь и Жабагъы Къэзанокъуэ. Хотя его личность известна не по критериям мусульманского хадисоведения («такой-то передал со слов такого-то и о правдивости их и состоянии памяти известно то-то»), так что наследие мыслителя могло подвергнуться обработке.(?).
Кстати, кто предшествовал муллам в смысле влияния на народ?
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:56

В то же время, в адыгской истории и современности можно проследить обусловленные некими связанными с этничностью стереотипами явления, а) противоречащие, б) не совсем соответствующие этике религиозной (мусульманской).
Высокомерие, зазнайство, излишняя пафосность… «Я не боюсь что после моей смерти вы станете поклоняться идолам (большого ширка), я боюсь для вас малого ширка – показухи (ар-рия)», - говорил пророк Мухаммад и осуждал тех, кто «надевает маску», фальшиво изображает себя в общении с людьми, ведёт себя неискренне. Показные проявления чувств могут быть разными. Мусульманский адаб считает правильным быть вежливым и приветливым через силу, создавать людям радость, поддерживать хорошую атмосферу даже если человеку скребет на душе. Адаб считает правильным проявление «правильных» эмоций пусть человек их и не испытывает на самом деле (в таком случае, правда, мусульманский адаб предлагает человеку задуматься над своим внутренним содержанием, в этической и правовой связке намерение-и-действие намерение стоит на первом месте). Но мусульманский адаб осуждает профессиональных плакальщиц и эмоции напоказ. Он осуждает внешний формализм при отсутствии содержания. Между тем, ритуализация норм поведения на уровне показушничества – весьма характерная черта для адыгов и сегодня и в прошлом. И если с понтами о том, кто больше разорится на свадьбе или похоронах, муллы пытаются бороться, то и исторически, и сегодня в некоторых вопросах отправления религии, где присутствует некий ритуал, муллы сами зачастую выступают «закрепителями» косности, внешнего формализма в ущерб предназначенной верующим сути. На что, видимо, и сетовали в свое время адыгские просветители, объясняя это недостаточным вежеством самих мулл.
Показушничество как общественное явление мусульманские этологи объясняют слабостью веры. И тут мы подходим к «недостаткам», с т.з. мусульманской этологии, ментальной, мировоззренческой структуры адыгского традиционного общества, которые имеют место быть до сих пор в адыгской среде (во всяком случае, в России, про мухаджиров интересно отдельно поговорить). Эта структура явно подвергалась трансформации под воздействием исламского фактора, и подобные процессы в истории мусульманского мира явление изначальное. Но ряд черт сохраняется и сегодня. И показушность, и большая, по сравнению с мусульманской этикой, с одной стороны – жёсткость (большее значение придаётся внешним проявлениям, чем сути, хотя в адыгской этике, анализируемой Бгажноковым, есть критерии смотреть на суть в первую очередь а потом уже на форму), с другой – «демократичность» - менее категорично осуждаются «мужские шалости» навроде грабежа, азартной игры, выпивки… Можно ругнуться. Вспомним рассказ про Бесльния Аббата у Хан-Гирея – человек в одной ситуации проявляет благородство, в другой – подло рубит связанного человека. Потому что его поведение – ориентировано мотивацией на окружающих, не на Бога. «хабзэ» - язык для среды. «ЦIыху къэгъэпцIыным зэхещIыкI». В этике, анализируемой Бгажноковым, мотивация обращена к Тхьэ, но и в прошлом, и сегодня видны проявления того, что мусульманские этологи называют «слабостью веры» (ведущей к фэрыщIагъэ). Позиция исламского вероучения – тот, кто делает добро ради того, чтобы люди сказали, что он добрый – попадет в ад, награду от Бога заслужит тот, кто делает добро ради Бога. Добродетель – это естественная предрасположенность человека (хотя помимо склонности к добру Бог внушает человеку и склонности к тому, что оценивается как зло, и слабости, это условие испытания человека на «благородство дел», для чего жизнь и дается – см Коран, сура, аят), которую необходимо развивать культурой и формировать благоприятствующую позитивному, доброму развитию человека среду с помощью религии, опирающейся на знания (см….). Добро совершается ради добра, потому что в этом и состоит ислам как соответствие законам мироздания. Всё это есть и в той адыгской этике, о которой пишет Б.Бгажноков, но в религиозной этике мусульманской, не оперирующей понятиями этнической принадлежности, опора – образ жизни, соответствующий Корану и сунне, ориентирующийся на них в культуре бытия (мировоззрение верующих может при этом отличаться как мы указывали выше на примере разного восприятия понятия «абсолют», Аллах, но функция религии, как писали выше, в том проявляется, что эта разница на культуре бытия не сказывается, именно это и есть следствие системности ислама как учения).
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:57

И здесь можно повернуться к «конфликту современности» - конфликту новой идеологии «адыгизма» с исламским фактором.
Вообще-то, у меня такое впечатление, что идея в «идеологии адыгизма» пока одна – в религиозном отношении мы должны иметь что-то свое уникальное в принципе, адыгство должно быть не просто формой человечности, а стержнем мировоззрения. Одни вообще предлагают отказаться от ислама и от любой другой неадыгской религии, религия у адыгов должна быть чисто национальной, другие предлагают считать себя мусульманами-хабзистами, которым Всевышний дал адыгэ хабзэ, такое уникальное, что оно дает нам особый статус перед Богом, если мы его соблюдаем (такую концепцию пытаются сейчас распространять среди молодёжи некоторые активисты). Всё это, по-моему, следствие опять же разрушения прежней этнокультурной среды и урбанизации. Вместо адыгства создаётся миф об адыгстве, культура идеологизируется и политизируется, проявляется та же маргинальность – обособление себя. Понятно, что поиск путей духовного спасения нации в условиях полученного вследствие «приобщения к цивилизации» широкого доступа к разнообразной культурной информации и единственности общего критерия – «благо адыгов» (а уж кто как его понимает, это уже по-разному) - ведёт к разнообразию теоретических вариантов. Но, раз уж мы живем в информационный век, стоит вспомнить о критериях, необходимых для того чтобы ориентироваться в этом веке – это научный подход.
Ясно, что исторические формы распространённых среди адыгов верований сегодня общенациональной религией стать не могут. Вряд ли единению адыгов будет способствовать возрождение обычая зажигать семь свечей в честь Созырэш. Можно заняться творчеством и придумать новую религиозную форму, особую, для адыгов. Тхаизм, например (хотя по-древнегречески божество тоже Тхаос называлось). Так как история бесписьменная, можно «выстроить» и исторические корни, создать некий кодекс социокультурного бытия, в который ввести стержневым элементом понятие о Тхьэ. Примеры национальной религии вобщем-то есть – синтоизм, например, какие-то формы есть у осетин и абхазов. Но это древние системы (в случае осетин и абхазов это скорее обычаи, да и в случае синтоизма – это синкретическая форма религиозного сознания и не знаю, можно ли говорить о её универсальности). К ним что-то можно сегодня творчески добавлять, наверное, но вот в нашем случае создать новую религиозную идеологию, да еще чтоб она стала общенациональной… Таким образом созданные на сегодняшний день идеологические течения – это секты, которые общенациональной идеологией пока не стали (среди славян например появились неоязычники, созданы были Церковь мормонов и сайентологов). Массовый успех имел национал-социализм, но там была политика и экономика. Хотя слово «нацизм» нашей творческой интеллигенции стоит, конечно, вспоминать почаще. Потому что искания интеллигенции происходят на фоне каши в головах молодёжи (и народа в целом, у адыгов в разных странах это проявляется по-разному). Мы живём в условиях, когда информации много, а оседает она в головах у населения хаотично. Мифы, не адекватные реальности стереотипы мышления и т.п. – это то, что создает основу, благоприятную для манипулирования массами – страшного явления информационного века.
Неужели адыгское национальное движение и проблемные в восприятии самих адыгов вопросы их истории и настоящего не повод использовать неустаканенное состояние умов в интересах своей геополитики? Почему созданный в США «на средства диаспоры» Интернет-ресурс «черкесский мир», на котором так много материалов об адыгах, при этом ничего хорошего в их истории взаимоотношений с Россией не упоминает? Только геноцид и угнетение по национальному признаку. При том, что на исторической родине возможности для национального образования и национально-культурной деятельности у адыгов больше чем в других странах, особенно чем в Турции, про дискриминационную политику которой сайт не упоминает. Также как и слова адыгских просветителей, что если что и светит адыгам в плане национально-культурного прогресса то никак не без помощи России, так уж исторически сложилось. Авторы сайта другого мнения и в деле настраивания адыгов против России активно участвуют. Антироссийские настроения – это вообще актуально для диаспоры, и отсутствие информационной работы РФ в присутствии информационной работы её противников – это бьет и по российским адыгам, интеллигенция которых тоже пока не составила концептуальных подходов, на которые и Россия в своей политике могла бы опираться.
Между тем, этничность обостряется духовным кризисом, молодёжь ищет приложения себя. Но почему организация «Всемирное адыгское братство» (ВАБ) напоминает своей структурой и уставом тоталитарный орден, возглавляемый всевластным президентом, живущим в США ? Почему «болеющая» за свой этнос молодёжь вступает в «виртуальную» организацию, лозунг которой «Адыги прежде всего. Единый народ на одной земле», а на эмблеме изображен кулак, сжимающий три стрелы над Эльбрусом?
Нацизму тоже помогали. Мифологизация сознания, используемая в чьих-то корыстных интересах – угроза, актуальная для нашего народа.
Об исламе, кстати, руководитель ВАБ и «продвинутые» активисты (посвященные) на Интернет-форумах высказываются с уважением, дельно, но при этом время от времени устраивают опросы на темы «Ест ли у адыгов национальная религия» и «Нужна ли адыгам национальная религия». Организация также приняла активное участие в кампании по обвинению России в непризнании геноцида адыгов и в противопоставлении дате 450-летия даты годовщины окончания Русско-Кавказской войны. Запустили также в Интернет виртуальную игру о независимой Черкесии.
Деятельность данной организации – пример современной «культурологической» деятельности с политическим уклоном. Организация изначально политизированная, что видно по её форме организации, символике и лозунгу, поэтому, активно участвуя в различных культурных мероприятиях, они тем самым добавляют в них свой политический подтекст, через их вышеуказанную позицию. При этом пиар у них вполне соответствует представлениям об информационной войне. Активная самореклама, подающая их роль в тех или иных мероприятиях в нужном, а не в объективном свете, разделение идеологии на явную часть – для всех, и на скрытую – для своих посвящённых членов. Или вот пример: парень, крутившийся в Москве программистом, на собственные деньги издал адыгский календарь с историческими датами. Среди других там была указана дата разгрома мамлюкскими войсками султана Бибарса монголов в Сирии. Мамлюкское войско было названо адыгским, хотя известно, что адыгов там было не большинство. В ответ на такое замечание ответ был, что если историю искажают балкарцы и карачаевцы, почему мы не можем это делать в своих интересах.
Подобные тенденции есть и среди других российских народов, в том числе у наших соседей. О высотах культурного развития тут говорить не придётся. Обособление себя и самовозвеличивание, следом – противопоставление друг другу, центру, подмена национальной и религиозной культуры и сознания политизированными идеологемами (с приставкой «нео»)… Это всё печальные перспективы просто по закону причинно-следственной связи. Тревожно, если подобные тенденции будут всерьез влиять на русское национальное движение. Национализм русских как государствообразующей нации в сегодняшних условиях может быть закономерен и полезен всей стране – при условии что это будет просвещённый национализм, патриотизм, связанный с чувством ответственности за страну и живущие в ней народы. Просвещённый означает здравый. Поэтому подъем национального самосознания посредством мифологизации славянской истории или нивелирования шероховатых моментов взаимоотношений с другими народами – опасный путь для российского гос-ва и живущих в нем народов. Участие адыгов, в том числе в культурно-просветительском отношении, в общественной жизни России – это наш вклад в то, чтобы способствовать развитию здравых тенденций в т.ч. и в русском национальном движении, в обществе вообще.
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:57

Сегодняшняя ситуация в российском обществе такова, что идеологически оно не едино. Нет общей конфессии (официальной), нет общей идеологии. И гос-во, и общество пытаются внедрить новую идеологию – патриотизм. Но конкретное содержание темы «многополярного мира, поликультурного общества с общими, традиционными ценностями, современного (т.е., культурные варианты различны, но есть общее поле в т.ч. и культурного взаимодействия и стержень общности – общие интересы и ценности, традиционные, но актуальные, воплощаемые на современном уровне), гражданского» - каким всё это наполнится конкретным содержанием - ? Это происходящий процесс с разнообразными, похуже и получше, тенденциями. Процесс в т.ч. и культурогенный (о необходимоси участия в подобном российском процессе говорили еще адыгские просветители конца 19 – нач 20 века, см. выше).
В 2006 - 2007 г.г. через российские власти и, в первую очередь, президента этот процесс получил измерение «зарубежные соотечественники». Территориально-культурная привязка к определенному пространству в связанном с ним сегменте планетарного поля. Через особый ментальный, этнокультурный компонент облика выходцев из этого территориально-культурного пространства.
Эта тема - одна из потенциальных возможностей для позитивного развития адыгского этнокультурного поля (приставка «этно» во многом обусловлена спецификой самой культуры). Но для этого должна быть серьезная, на четких концепциях основанная, с разработанным, адекватным современности инструментарием культурационная деятельность. Она, может и затевается, в т.ч. в рамках работы с зарубежными соотечественниками, но её пока нет.
У адыгского общества в целом и в российской стране в частности, проблемы похожи на проблемы российского общества (российский сегмент адыгского общества является частью российского общества – это к вопросу о том, что адыгские авторы вводят понятие «измерения» адыгского социокультурного бытия сегодня, см. например Х.Кауфова). Что ни говори, в досоветский период адыгское «общество» в целом, в России и за границей, было мусульманским. Подразумевалась единая конфессия, но была еще этническая культурная составляющая, неантагонистичная двум мировым религиям, почему и объединяла в адыгскую общность еще и несколько тысяч православных кабардинцев под Моздоком. Может быть, тот или иной адыг-мусульманин отказался бы принять участие в каких-то языческих обрядах своих соплеменников, пускай и называемых мусульманами, но при этом культурный язык у них был одинаков и не противоречил религиозной культуре, связанной с пониманием ислама или христианства. Хотя можно отмечать и конфликтность на базе противоречия в отношении к тем или иным религиозным и культурным воззрениям между представителями одного этноса. Она и сегодня есть. Но важно то, что возможен первый, бесконфликтный при уборе крайностей, вариант. Но для этого нужен просвещённый, то есть компетентный подход в культурогенезе. См. далее.
Сегодня большинство адыгов всё-таки принадлежат к мусульманскому культурному полю, за счет диаспоры. Но, в отличие от начала 20 века, измерений стало гораздо больше. Наверно, большинство зарубежных черкесов соотносит себя, по крайней мере, с мусульманской культурой, даже если не соблюдает тех или иных предписаний. И это побольше чем то, что мы назвали выше «этнические мусульмане» в отношении российских адыгов. Но в то же время, культурогенный фактор ислама, с одной стороны, среди зарубежных адыгов, наверно, усилился, за счет долгого проживания в более мусульманской среде, с другой – у некоторых ослабел, в силу усиления инокультурного влияния на современном историческом этапе. К тому же, в Турции несколько десятилетий официальный атеизм, а там адыгов больше всего. И адыги сегодня рассеяны в большом количестве немусульманских стран, не то что в 19 веке. А вот например Кауфов в 60-70 годы посещая сирийских и иорданских черкесов отмечает что сами они на своих встречах спиртных напитков практически не употребляли, но при появлении гостей с Кавказа ставили их на стол ( в ресторанах, в своих домах- реже) и некоторые выпивали сами. Что это – национально окрашенная невосприимчивость к некоторым нормам ислама+ светскость арабской урбанизации того времени? Не то же ли самое было и в Турции еще при Османах? Еще одно соображение: на своих фото иорданские и сирийские черкешенки, добившиеся карьерного успеха – одеты и выглядят по-европейски. Исключение – селянка Куна Уджуху, «мать Аль-Кунейтры» (в хиджабе). Но большинство их, как я понял – из знатных родов, которые среди зарубежных черкесов сохранили, видимо, большее социальное значение, в т.ч. и по занятому ими в новых обществах социальных позициях. Адыгская аристократия и в Российской империи вела себя весьма фривольно, с т.з. традиционной морали. В мусульманских странах светскость, европеизированность урбанизированной среды захватывала, видимо, молодежь в т.ч и сельскую – при её включении в урбанизированную социальную жизнь. А сельский «контингент» потомков мухаджиров был, видимо, более мусульманский в своих представлениях о культурности. Сейчас же, с одной стороны, село в мусульманских странах более урбанизируется, с другой – европеизированность отступает перед ростом исламски ориентированного культурного сознания и в городах, в т.ч. в среде иммигрантов в немусульманские страны, так что адыгские женщины сегодня, наверно, за рубежом чаще надевают хиджаб. Вообще, надо поплотнее пообщаться с истамбылакiуэ.
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:58

И еще один момент: надо четко указать, что есть разница между классической мусульманской этикой и «практикой» мусульманских народов. То, что араб-мусульманин не встает навстречу женщине (это может быть сделано для европейки или для знакомой с европейскими обычаями арабки), не значит, что этот обычай противоречит шариату, мусульманскому адабу. Надо разбираться в различиях между нормами социокультурной жизни в разных местностях в разные времена у разных народов и нормами классического мусульманского адаба – это к вопросу о компетентности. Надо так же помнить что на адыгах, где бы они ни жили, сказывается культурное (или бескультурное) влияние той среды, в которой они находятся. В мусульманских странах мусульманский адаб смешан с национальными адатами, теория и практика – это разные вещи, поэтому и с т.з. мусульманской этологии вполне правомочны концепции национальных адатов, самобытных одежд для общечеловеческих принципов (именно так понимается классический адаб в исламе). Главное, чтоб было благо и не было вреда – в исламском понимании. СМ. тж.ниже.
В России же говорить о конфессиональной детерминированности адыгского этнокультурного поля не приходится. Мусульманство для многих задний фон, но не более. Ясно, что в такой ситуации, в поисках коллективного (коллективно-индивидуального) ответа на вызовы современности появляются идеи о собственно адыгской детерминанте культурного, религиозного, а то и политического сознания. Для индивидуального же ответа, как и зарубежным адыгам, предоставлена вся доступная глобальная палитра духовно-интеллектуальной жизни человечества.
В таких условиях стоит поставить вопрос: а не способен ли феномен «адыгской этики» в таких условиях обеспечить этнокультурное поле, поле внутриэтнической созидательной коммуникации, связи, поле, которое как феномен, связанный с этничностью, реально могло бы предотвращать связанные в том числе и с завихрениями этничности неприятности и развивать потенциальные моменты позитива. Раз уж есть возможность помогать части человечества инструментами культурогенеза через то, что она принадлежит к адыгскому этносу, почему бы это не попытаться делать.
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

Сообщение atmir07 » 05 янв 2008, 18:58

Вообще-то, когда выше проводилось сопоставление этики адыгской в том виде как её излагает Б.Бгажноков и этики классической мусульманской, то можно было бы отметить, что в отношении этики мусульманской можно говорить о совпадении, в отношении же этики адыгской нельзя не допускать фактора той или иной степени влияния этики мусульманской (а может еще какой-то христианской или еще какой-то). Это видно даже из лексикона. И, хотя сегодня можно просто пользоваться фиксированным изложением принципов адыгской этики, не относя себя при этом к мусульманам, но надо понимать, что нет у нас объективного права утверждать, будто этот известный нам вариант - чисто адыгское изобретение. Вполне может быть, что он появился в таком виде (в смысле формулировок) в той или иной степени благодаря влиянию того же ислама. Кстати, Н.Цагов в «Адыгэ тхыдэ» пишет что Адыгэ хабзэ реформировал («зэзыгъэпэщыжар») Ж.Казаноко в 17 веке, в правление общеадыгского князя Iислъэма, после которого адыги распались. (см. «Адаб баксанских просветителей», Н., Эльбрус, 1991, 440 стр., стр 169, 191).
бисмиЛлах
Аватара пользователя
atmir07
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 ноя 2007, 20:13

Пред.След.

Вернуться в Новое время

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 4

cron