Встречь Солнцу

Модератор: Дайчин-баатар

Сообщение Дайчин-баатар » 17 июл 2008, 08:00

Маньчжуры

Сохранность маньчжурских архивов до эпохи Канси совершенно неудовлетворительная. Большая часть сохранившихся документов, опять же, введена в оборот в период Цяньлун (1735-1795) в составе сочинения Агуя "Кайго фанлюэ" (Об основании государства) и подверглась определенной обработке.

Большой интерес представляют собой цинские неофициальные документы (дневники, неофициальные истории и т.д.) второй половины XVII века, но они написаны после Амурских войн (самые ранние воспоминания - "Нингута цзилюэ" - относятся к 1669 г., но записаны они гораздо позже). Наиболее ранним неофициальным источником о событиях, обнаруженным в начале 1980-х, является дневник, который вел весной-осенью 1658 г. корейский военачальник Син Ню, принявший участие в решающем сражении с казаками 30 июня 1658 г. (по ст. стилю) на Корчевском плесе неподалеку от устья Сунгари-улы.

В целом, картина складывается такая - после поражения у Ачанска мэйрэн-чжангин Хайсэ был наказан. Многие считают, что его казнили, т.к. иероглиф син имеет два значения - "наказать" и "казнить". Г.В. Мелихов (один из лучших знатоков темы в мире) переводил сответствующий пассаж из "Шилу" так:

Хайсэ был наказан, а Сифу - отстранен от должности и получил 100 ударов плетьми, но они все же были оставлены в Нингуте
.

В застенном Китае в это время служил военачальник Шархода (1599-1659), бывший уроженцем сунгарийского селения Нельба. Он неоднократно просился на родину, чтобы организовать отпор казакам, но до 1652 г. его не отпускали - он сражался со сторонниками Минов в центральной части Китая.

После поражения маньчжуров у Ачанского острога про него вспомнили - Шархода поучил титул Бэйхай-ван и был направлен в Нингуту с отрядом войск. В 1653 г. он стал первым амбань-чжангином Нингуты (т.е. Нингута приобрела более высокий статус). Мэйрэн-чжангинами при нем стали двое маньчжуров - Хайта и Нигэли. Ни Сифу, ни Хайсэ больше не упоминаются. Не упоминаются также прочие деятели, упомянутые Хабаровым - Исиней, Иведака-мафа, Тамфи-мафа, Учурда. Из аппарата управления землями Нингуты у Син Ню упоминается большое количество чиновников - переводчики, комендант крепости, офицеры гарнизона, но далеко не все из них упомянуты по именам. Очевидно, что в Нингуте начались спешные приготовления к обороне, но сразу же нарастить мощь местных вооруженных сил было невозможно.

В "Цин ши гао" о деятельности Шарходы в Нингуте сказано очень скупо - "защищал рубежи государства в Нингуте и совершил много подвигов". Син Ню пишет подробнее: "Каждый год понимает войска и в боях теряет много людей. Многие ненавидят его за это". Сам Син Ню связывал большие потери местного ополчения с подавляющим превосходством казаков в огнестрельном оружии и низким уровнем подготовки ополченцев: "Если местных солдат хорошо обучать, то они станут как тигры, у которых выросли крылья". На сравнительных стрельбах корейские солдаты показали отличные результаты, а местные ополченцы лишь продемонстрировали, что им немного знакомо огнестрельное оружие. Храбрость и патриотизм не помогали против пуль.

Тем не менее, Шархода быстро сориентировался в обстановке - ведь он начал свою боевую деятельность еще при Нурхаци и имел за плечами более 30 лет боевого опыта.

Он понял основную мысль руководителей казачьих отрядов - зимовать на недосягаемой из Нингуты территории Гиляцкой земли, а в течение лета передвигаться по Амуру и сторонним рекам и грабить местное население.

Соответственно строилась и его стратегия - поскольку население по Уссури-ула было малочисленным и от Нингуты до Уссури-ула было далеко, на защиту населения Уссури-ула он не выступил. Он решил защищать магистральный путь вглубь густонаселенных земель - устье Сунгари-ула. Согласно этой стратегии каждую весну крупный отряд выступал из Нингуты и занимал устье Сунгари-улы в удобном для обороны месте. К осени отряд отводился в Нингуту.

Одновременно началось переселение дауров на Нонни-улу, а дючеров - на Сунгари-улу в район Гирина и на Хурха-биру в район Нингуты. Переселенцам выдавали необходимое для обзаведения хозяйством на новом месте - отводили участок, строили дом, давали орудия труда и продовольствие до первого урожая. Уходя с Амура, местное население сжигало свои дома и бросало пашни. Казаки встали перед большой проблемой - собрать ясак они могли теперь только с тех мест, куда не успели добраться раньше - до 1653 г.

Шархода готовил войска и, одновременно, стремился упорядочить управление местным населением. Син Ню отметил, что Нингута при Шарходе состояла из более, чем 1000 домов, крепость была в хорошем состоянии, в ней были амбары с продовольствием, а население выглядело зажиточным. Несмотря на весь свой национализм, он признал, что маньчжуры из Нингуты почти равны корейцам с точки зрения своего культурного развития.

Видимо, большой вклад в развитие Нингуты внесли и ссыльные китайцы, приток которых в Нингуту увеличился с 1652 г.

Таким образом, в Нингуте и в т.н. "Наунских селах" (группа поселений на Нонни-ула) готовились к контрудару по казакам. Параллельно проводилась огромная работа по введению прямого цинского управления у местных племен. Лишь отсутствие боевых кораблей мешало навязать казакам решающий бой.

Очень важным для изучения Амурского вопроса является введение в оборот текстов из "Баци тунчжи чуцзи" (1735). Перевод Л.К. Россохина очень неудовлетворителен, хотя, конечно, маньчжурский язык он знал просто блестяще!

Во многих позднейших цинских документах использовались материалы из "Баци тунчжи чуцзи", но перевод Россохина, сделанный в XVIII веке

а) неточен, т.к. ближе к пересказу, чем к научному переводу;

б) является библиографической редкостью.

Биографии из "Цин ши гао" являются лишь обработанными извлечениями из "Баци тунчжи чуцзи". В ряде случаев редакция первоисточника произведена так искусно, что о проблеме хоть и сказано, но подробностей не выяснить!
Последний раз редактировалось Дайчин-баатар 17 июл 2008, 08:03, всего редактировалось 1 раз.
В те времена, когда скакал
Ветра быстрее конь Аранзал,
Пика не только пестрой была -
Пестрая пика острой была!
Аватара пользователя
Дайчин-баатар
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 3539
Зарегистрирован: 21 май 2008, 16:19
Откуда: Москва

Сообщение Дайчин-баатар » 17 июл 2008, 08:01

Несостоявшееся посольство

Что еще было поручено Хабарову Францбековым и не выполнено им?

В 1650 г., выслушав донесение Хабарова, Францбеков пришел к выводу, что "князца Богдоя" можно призвать в русское подданство. Что его к этому подтолкнуло - непонятно.

Ведь еще Поярков принес сведения о сильном феодальном владыке, живущем в каменной крепости и располагающем многочисленным войском, вооруженным огнестрельным оружием. Все то же самое подтвердила Хабарову пленная даурская княжна Моголчак.

В общем, Хабарову был выдан четкий наказ пойти к "князь Богдою" и, указав на пример князей Лавкая и прочих, настоятельно посоветовать перейти в русское подданство. В случае, если "князь Богдой" откажется - напасть на него "безвестно" и принудить к повиновению.

Для посольских целей предписывалось отправить 10 человек из состава отряда. Для того, чтобы не ошибиться при исполнении посольства, Францбеков, опытный дипломат, дал Хабарову письменные инструкции, в которых указывались полный титул русского царя и полностью излагались требования к "князь Богдою".

В 1651 г. наказ был подтвержден, а для посольства уже указывались конкретные люди - служилый человек Третьяк Чечигин и доверенное лицо Францбекова - крещеный татарин Анания Урусланов.

Но Хабаров ни в 1650, ни в 1651, ни в 1652, ни в 1653 годах не предпринял ни одной реальной попытки отослать к маньчжурам посольство Чечигина. Очень несерьезным выглядит обращение Хабарова к дючерам летом 1652 г., уже после битвы под Ачанским городком, взять на поруки посольство Чечигина. Дючеры, естественно, отказались, указав, что "топере вся Богдойская земля задралась".

Таким образом, Хабаров упустил время и не послал посольство к маньчжурам осенью 1650 г., когда мирное развитие отношений между империей Цин и Русским государством было еще вполне возможным.

До самого августа 1653 г. отправка посольства к Цинам тормозилась Хабаровым всячески. А в августе 1653 г. он был отстранен от власти и вопрос о посольстве был поднят вновь.

Правда, к тому времени Францбеков был уже смещен, АО "Хабаров и Францбеков" распалось, и в воздухе запахло государевым расследованием. Анания Урусланов быстро это почуял и, видя, как Зиновьев таскает Хабарова за бороду, принял решение бежать к маньчжурам. В общем, что и произошло - Урусланов бежал к маньчжурам, был принят с почетом, как первый представитель "лоча", который "из искреннего стремления приобщиться к китайской цивилизации оставил свои грубые привычки". Впоследствии Урусланов женится, получит чин ниру-чжангиня и новое имя - Улангери. Он примет участие в формировании "русской роты" - Орос ниру - из пленных и перебежчиков.

Но московский дворянин Дмитрий Иванович Зиновьев оказался очень своеобразным человеком - он настоял на отправке посольства к Цинам. Сделал все просто - обратился к родственникам находившегося среди аманатов князя Тоенчи с приказом отвести Чечигина и спутников к "князь Богдою". А сам отправился в Москву с арестованным Хабаровым, ясачной казной и ... всеми аманатами!

Легко представить, что решили дючеры - из опыта общения с русскими они усвоили, что аманатов легко и беспричинно убивают. Они тут же решили, что и Тоенчу повезли на казнь. Соответственно, когда они убедились, что Тоенчу увезли, настал конец и Чечигину - его убили вместе с 4 товарищами. Более того, судя по обнаружению Степановым в улусе Тоенчи мелких обрезков одежды казаков и некоторых предметов амуниции, Чечигина и товарищей не просто убили, а ритуально съели! Таким образом дючеры не только "отомстили" за мнимую гибель Тоенчи, но и приобщились (согласно местным представлениям) к казачьей непобедимости и сделали их души несчастными.

О судьбе посольства Чечигина Онуфрий Степанов, принявший командование Амурским полком вместо Хабарова, узнал только в 1655 г., когда изловил одну из дючерских княгинь из улуса Тоенчи. Она же показала, где искать материальные останки - обрезки одежды и вещи казаков.

Пограничная дипломатия на Амуре провалилась.
В те времена, когда скакал
Ветра быстрее конь Аранзал,
Пика не только пестрой была -
Пестрая пика острой была!
Аватара пользователя
Дайчин-баатар
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 3539
Зарегистрирован: 21 май 2008, 16:19
Откуда: Москва

Сообщение Дайчин-баатар » 17 июл 2008, 08:01

20 дней, которые не перевернули Амур

25 августа 1653 г. на Амур нагрянула "правительственная комиссия" - московский дворянин Дмитрий Иванович Зиновьев с 330 служилыми. 150 - московские служилые, а 180 - прибраны по пути из разных сибирских городов.

Собственно говоря, планировали послать на Амур не 300, а 3000 служилых, с артиллерией и родовитым начальником во главе. Кандидатом на пост воеводы был назначен князь И. Лобанов-Ростовский. Но здесь злую шутку сыграла генеральная линия московского правительства, направленная на приоритетное развитие перспективных направлений. В 1652 г. Персия временно прекратила сношения с Россией и Лобанов-Ростовский вместо Амура в марте 1653 г. был направлен в Иран. Старый и испытанный торговый партнер оказался важнее сомнительного приобретения на далекой окраине страны. По иронии судьбы, в качестве подарка шаху князь Лобанов-Ростовский вез живых соболей в золоченых клетках.

Кроме того, в процессе подготовки похода выяснилось, что перебросить из Москвы на Амур 3000 воинов с боеприпасами и тяжелым вооружением - непосильная задача. Ограничились полумерой - было решено послать московского дворянина невысокого положения в истеблишменте, зато с широчайшими полномочиями на мест. Это обеспечивало бы его лояльность без потери управляемости. Отряд сократили в 10 раз, причем часть служилых было приказано набрать в Сибири, чтобы уменьшить расходы на переброску людей и припасов.

Официально Зиновьев получил наказ "всю землю Амурскую ведать". Его полномочия на месте были не ограничены - Хабаров не мог ничего ему противопоставить. К тому же в 1651 г. было принято решение сместить Францбекова - доносы Петра Стеншина и других противников воеводы достигли Москвы. В Якутск на должность воеводы послали честного служаку Ивана Акинфова, который должен был провести сыск по делу Францбекова. Францбеков спасся только благодаря заступничеству своего брата Ивана, который имел связи в Москве. Но помочь Хабарову он теперь не смог бы при всем желании - его деньги были изъяты, да и ради чего помогать неудачливому авантюристу? Францбеков был заинтересован в том, чтобы спастись самому и просто предпочел выставить весь поход как обман со стороны Хабарова, получившего из казны имущество на основании ложных посулов учинить казне прибыль.

Но все равно, его имущество, за исключением 2000 руб., которые по закону воевода мог вывезти с места своей службы, конфисковали. А в начале 1652 г. из Москвы прислали "отпуск" на Москву, но с условием, что если по дороге Францбеков встретится с Лобановым-Ростовским и согласиться послужить в Даурии добровольно, то:

160 г. февраля в 21 день государевым, царевым и великого князя Алексея Михайловича всеа Руси словом приказал боярин князь Алексей Никитич Трубецкой дать государеву грамоту в Сибирь на Лену в Иркуцкой острог к стольнику к Ивану Акинфову, а велеть ему Дмитрея Франзбекова из Якуцкого острогу отпустит ко государю к Москве, а буде Дмитрей встретится с окольничим и воеводою со князем Иваном Ивановичем Лобановым-Ростовским и похочет с ним ехать в новую в Даурскую землю и ему ехать велеть, а что будет у него, у Дмитрея, взято животов и все те ево животы ему, Дмитрею, отдать.


Князь Лобанов-Ростовский, как известно, в Сибирь не поехал, а следы Францбекова после февраля 1652 г. теряются - в дальнейшем в документах изредка упоминается только его брат Иван.

Новый воевода Акинфов властвовал недолго. Однако он послал на Амур своих людей с инспекцией деятельности Хабарова. В частности, он посылал удостовериться, точно ли дауры и дючеры не состоят в подданстве иностранных государств. С Хабаровым посланники (самый старший из них имел всего лишь чин десятника) не смогли справиться и вернулись ни с чем, кроме рутинного подтверждения правильности действий всего отряда.

Тут на Амур нагрянул Зиновьев. Согласно полученной в Москве наказной памяти он в торжественной обстановке вручил всем амурским казакам награды. Хабаров лично получил наградной червонец. Служилые получили по монетке-новогородке, а охочие - по монетке-московке.
Закончив с раздачей наград, Зиновьев объявил, что послан их Москвы "всю Амурскую землю и его, Ярофея, ведать" и потребовал у Хабарова отчитаться о происходящем. Хабаров попытался совладать с московским дворянином, но Зиновьев на виду всего войска избил его и оттаскал за бороду, после чего начал сыск.

Пробыл Зиновьев на Амуре всего 20 дней. За это время он успел натворить немало дел, которые окончательно разрушили все надежды на возможность присоединения Амура к России без большой войны.
Для начала он сместил Хабарова и посадил его в темницу, из которой выпустил участников бунта 1652 года - Полякова, Иванова и других. Показания бывших узников он дополнил сыском по всему войску - расспросные речи "за" и "против" Хабарова составили целый столбец. Многие отрицали очевидные вещи - например, около 70 казаков заявили, что сестру князя Лавкая Моголчак Хабаров не пытал. Однако это звучит несколько странно - все 70 человек не могли находиться вместе с Хабаровым в момент пытки в одном месте, а иначе их свидетельства теряли силу. Подобными ляпами показания "за" Хабарова просто пестрят - все выступления сторонников Хабарова в его поддержку сильно напоминают случаи расследования дедовщины в воинской части. Тем более, что многие вещи были известны из отписок самого Хабарова. И теперь закабаленные Хабароваым казаки, понимая, что Зиновьев долго на Амуре не пробудет, пытались обелить его.

Зиновьев все прекрасно понимал, но интересы государства были для него менее очевидны, чем интересы собственного кармана - он наложил арест на личное имущество Хабарова, заковал его в кандалы и приказал собираться в обратный путь в Москву Степанову, Полякову и еще нескольким зачинщикам бунта августа 1652 г. Захватил с собой также Зиновьев и всех аманатов, взятых у дауров и дючеров . Вместе с аманатами были взяты в Москву и все толмачи, а также ясачные книги, как сметные, так и пометные (одни использовались для прогнозирования сбора ясака, а вторые регистрировали его реальный сбор). Юридические формальности относительно вступления амурских народов в русское подданство было решено совершить в Москве - челобитная представителей этих народов лично Белому Царю показалась Зиновьеву лучшим выходом из положения для легитимизации новых территориальных приобретений.

Однако он прекрасно понимал, что ничего сделать нельзя, если не основать постоянные поселения и не начать хлебопашество. В его наказной памяти вновь было указано - построить 3 острога, занять их воинскими гарнизонами и начать пахать землю, готовя провиант для войска из 6000 человек.

Уезжая, Зиновьев назначил приказным человеком Онуфрия Степанова Кузнеца. Тот был совершенно не готов к этом и командование "принял в неволю". Однако печать амурского приказного человека в виде "трех древков - середний длинен, другие коротки" он был вынужден принять.
Оставил Зиновьев на Амуре и 180 служилых, набранных в городах Сибири. Их положение оказалось странным - они могли отслужить год и уйти в свои города. Однако официально они не были переданы Степанову и подчинять их можно было лишь авторитетом и грубой физической силой. Моральное состояние отряда это подкрепление не улучшило - Степанова они себе начальником поначалу не считали, а намерений долго оставаться на Амуре и служить государственным интересам у них не было большого стимула.

Кроме того, Зиновьев настоял на отправке посольства Третьяка Чечигина в "Богдойскую землю". В качестве поручителей он приказал использовать дючеров из улуса князя Тоенчи, находившегося в аманатах - братьев князя Ортоко и Эсена. Это стремление Зиновьева исполнить буквально волю государя стоило жизи всему посольству.

В нынешнем во 162 году по государеву цареву и великаго князя Алексея Михайловича всея Русии указу приежжал на великую реку Амур дворянин Дмитрей Иванович Зиновьев с государевым жалованьем, с золотыми, и государево жалованье, золотые, давал приказному человеку Ярофею Павлову сыну Хабарову и нам, холопем государевым, всем против государева указу 320 человеком. И как он, Дмитрей Зиновьев, поехал с государевою ясачною соболиною казною к государю к Москве с усть Зеи-реки, и приказного человека Ярофея Павлова сына Хабарова взял с собою же к государю к Москве. И после Ярофея Хабарова велел быть на великой реке Амуре у государева дела мне, Онофрейку, и меж служилых людей велел росправу чинить и наказную память дал в неволю. А в государеве казне, пороху и свинцу и в снарядех, и ни в какой государеве казне с приказным человеком Ярофеем Хабаровым росписку ни в чем не дал и служилым людей росписи не дал же. А которые были служилые люди розных понизовных сибирских городов с ним, Дмитреем Ивановичем, в провожатых, и тех служилых людей оставил на великой реке Амуре, а в прием их мне, Онофрейку, не дал же. А ясачные зборные белые и черные книги он, Дмитрей Иванович, увез с собою, и аманатов, и переводчика, и ныне на Великой реке Амуре с ясачных людей государева ясаку имать стало не по чему без книг, а те даурские и дючерские князцы спрашивают переводчиков, а переводчиков и толмачей у нас нет.


Да в нынешнем же во 162 году, как поехал Дмитрей Иванович Зиновьев к государю к Москве, и поставил мне, Онофрейку, наказную память, а в той наказной памяти написано: велено на лавкаевском острожном месте острог поставить, и быть нам велел тут до государева указу, и запасов хлебных всяких для прибылых государевых служилых людей тысяч на 5 или на 6 на год времени и больше велел изготовить. Да мне ж, Онофрейку, дал другую наказную память в неволю же, а в той наказной памяти написано: велено острог поставить на усть Урки в стрелке, а другой поставить на усть реки Зеи меж реками Амуром и Зеею . И те остроги нам ставить стало нельзя, потому что стоят драки сильные с богдойскими людьми. А хлеба по Великой реке Амуру ныне мало, потому что которые иноземцы жили по Амуру, и тем иноземцам богдойской царь хлеба сеять не велел, а им, иноземцам, велел сойти к себе на Наун, а иные многие даурские люди на Наун сошли по ево веленью, а мы ныне хлебом гораздо нужны. И ведомо нам учинилось — которых языков в походах имали, и те языки роспрашиваны, а в роспросе они сказывают, что де после нас богдойские люди на усть Шингалу крепь ставят и в Шингал-реку нас для хлеба пускать не хотят. А в Шингале-реке хлеба много.

Да он же, Дмитрей Зиновьев, велел с служилых людей десятую пошлину сбирать , и я, Онофрейко, с тех служилых людей десятую пошлину прошал с погромново их живота, и те служилые люди десятую пошлину не платят, и к сказкам своим руки прикладывали, что де у них посланы челобитные к государю к Москве, и они де до государева указу десятую пошлину не платят.


Быстро и удачно решив, как ему показалось, все местные дела, Зиновьев к заморозкам дошел до Тугирского волока, но дальше не пошел, боясь трудной зимовки. Он остался на зиму на Тугире. Степанову он обещал переслать с тугирского волока свинец, порох и прочий груз, который он не взял с собой в августе 1653 г. По совету с арестованным Хабаровым он все это закопал и послал к Степанову нескольких казаков с отпиской, где сообщалось о месте складирования боеприпасов, продовольствия и сельскохозяйственных орудий.

Зиму Зиновьев провел, вымогая у Хабарова и казаков личные вещи. После многие казаки, столь охотно поддержавшие Зиновьева в момент его прибытия на Амур, напишут на него челобитные, где обвинят его в вымогательстве и беспричинных придирках.

Однако "до Бога высоко, до царя далеко" - по весне 1654 г. Зиновьев двинулся в дальнейший путь, оставляя Амур навсегда. Уезжал оттуда навсегда и сам Хабаров. Однако это было ему еще невдомек.

На Амуре осталось войско в 500 человек с 6 пушками, но с малым запасом пороха и свинца. продовольствия также было мало. Делопроизводство отряда было нарушено, аманаты исчезли, переводчики уехали. Контакт с местным населением, строившийся на насилии и принуждении, теперь и вовсе был потерян. Дауры откликнулись на призыв Шарходы и стали массово переселяться на Нонни-улу, а дючеры - на Хурха-биру.

Очень точно сказано об этом в отписке самого Степанова:

А хлеба по Великой реке Амуру ныне мало, потому что которые иноземцы жили по Амуру, и тем иноземцам богдойской царь хлеба сеять не велел, а им, иноземцам, велел сойти к себе на Наун, а иные многие даурские люди на Наун сошли по ево веленью, а мы ныне хлебом гораздо нужны.


Император приказал своим вассалам покинуть земли, которые разоряли казаки, и вассалы исполнили это повеление императора в кратчайшие сроки. Полное переселение дауров и дючеров практически закончилось к 1658 г. Всего 5 лет потребовалось, чтобы люди бросили насиженные места и ушли на новые земли. Оставшиеся жилища и пашни Шархода действительно "сожег и до конца разорил". Но это всего-навсего обычная тактика выжженной земли.

На новых землях добровольным переселенцам выдавали рис для тех, кто вступал в цинские войска, а прочим членам их семей - просо. Им также выдавали предметы первой необходимости (посуду, ткани, циновки), помогали строить дома и не облагали налогами до первого урожая.
Последний раз редактировалось Дайчин-баатар 17 июл 2008, 08:05, всего редактировалось 1 раз.
В те времена, когда скакал
Ветра быстрее конь Аранзал,
Пика не только пестрой была -
Пестрая пика острой была!
Аватара пользователя
Дайчин-баатар
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 3539
Зарегистрирован: 21 май 2008, 16:19
Откуда: Москва

Сообщение Дайчин-баатар » 17 июл 2008, 08:02

Москва

По дороге Хабарову повезло - славившийся своей свирепостью енисейский (тогда еще) воевода Пашков приказал все конфискованное у Хабарова сложить в коробы и опечатать печатями до самого рассмотрения дела в Москве. Это уменьшило возможные материальные потери Хабарова, но не избавило его от притеснений со стороны Зиновьева - тот постоянно что-то вымогал. Хотя потом, на суде, Зиновьев скажет, что Хабаров сам часто предлагал остатки своего имущества за то, чтобы его расковали и обращались более хорошо.

В Москву Зиновьев прибыл зимой 1654 г. Казна ясачная была сдана целовальникам, иноземцы представлены царю и вся инсценировка с искренней радостью туземцев по поводу того, что их обласкал Белый Царь, повелев собрать с них ясак, вполне удалась.

И даурские де иноземцы били челом государю царю и великому князю Алексею Михайловичю, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу, чтоб государь пожаловал, своим государевым служилым и охочим людем воевать и грабить их не велел, а они де, иноземцы, государю ясак с себя по своей мочи платить учнут, и быти под ево государскою царьского величества высокою рукою в вечном холопстве ради, только б государь пожаловал, велел их оберегать от богдойского царя Андри-кана


Поскольку об этом просили сами "иноземцы", то естественно, факты имели место быть. В принципе, возвращаясь к первой странице темы - мирное развитие отношений было возможно, если бы сразу же казаки смогли бы переубедить даурских князей дать ясак русским и перейти на их сторону. Но непродуманная политика и страсть к наживе привели к большой войне с вмешательством в нее сюзерена амурских народов - империи Цин.

"Иноземцев" по царскому указу отправили обратно на Амур в сопровождении Константина Иванова и Гавриила Шипунова. Вместе с аманатами была отправлена прелюбопытнейшая грамота с наказом казакам вести себя более пристойно:

И как к вам ся наша грамота придет, а Костька и Гаврилко с теми иноземцы к вам придут, и вы б тех иноземцов толмача Молдегу для толмачества оставили у себя, [а] Аная с товарыщи 6-ти человек, и женку, и девку отпустили в свои земли, откуды они взяты, безо всякого задержанья, а о том бы есте им приказали: как они будут в своих землях, и они б наше царское жалованье своей братье сказывали, что они, Анай с товарыщи, нашим царским жалованьем пожалованы и отпущены от нас в свои земли, и тех бы земель иноземцы, хотя видети себя впредь в нашем царском жалованье, нам, великому государю, служили, и прямили, и свою братью тех даурских, и дючерских, и гиляцких и богдойского царя людей к нашей к царской милости призывали, и ясак с себя давали, и были б под нашею царского величества высокою рукою в вечном холопстве. А как ис тех земель учнут к вам иноземцы с ясаком приходити, и вы б ис тех иноземцов велели быти у себя для укрепленья в омонатах, кому пригож, тем аманатам, которые ныне у вас сидят в оманатах, на перемену, а переменяли бы есте аманатов лутчими ж людьми погодно, которые в тех землях вольны и владетельны. А сами б есте служилые люди, будучи в Даурской и в Дючерской и в Гилятцкой землях, до нашего указу тех землиц ясачных людей войною не розоряли, и их не грабили, и не побивали, и в полон не имали. И которые у вас есть прежние их полоняники, а до сей нашей грамоты не крещены, и вы б тот полон отпустили в их земли без задержанья. А наш ясак збирали б есте с тех даурских и з дючерских и з гиляцких людей ласкою и приветом, а не жесточью и не войною и не правежем, собольими и лисицами и всякою рухлядью, что у них есть, чтоб тех даурских, и дючерских, и гилятцких людей к нашей царской милости призывать и в вечном холопстве учнить, а не отгонят. А будет какими мерами учнут на вас приходить богдойские или иные какие люди войною, и вы б, прося у бога милости, над теми людьми промышляли и поиск учинили, смотря по тамошнему делу, для их воинского приходу, а не напрасною ссорою для своей корысти. И даурских наших, и дючерских, и гилятцких ясачных людей от них оберегали, что вам над теми воинскими людьми поиск учинить, а себя и наших даурских, и дючерских, и гилятцких людей уберечь, а за ваши службы вперед будет вам наше царское жалованье, смотря по вашей службе.

Доехал или нет Константин Иванов с аманатами до Амура - сказать сложно. Известно только, что в 1657 г., вступив в конфликт с Пашковым, Иванов попал в тюрьму, где и умер от голода: "уморил в дощенике ... прикащика самова да толмача Константина".

Обращает на себя внимание факт, что среди аманатов не назван пресловутый дючерский князь Тоенча, родственники которого перебили посольство Чечигина:
и в нынешнем во 163 году Дмитрей Зиновьев из Даурские земли к Москве приехал, а привез с собою нашу соболиною казну вашего збору, да для роспросу даурских и дючерских и гилятцких людей Аная с товарыщи 7-ми человек, да женку, да девку.

И как к вам ся наша грамота придет, а Костька и Гаврилко с теми иноземцы к вам придут, и вы б тех иноземцов толмача Молдегу для толмачества оставили у себя, [а] Аная с товарыщи 6-ти человек, и женку, и девку отпустили в свои земли, откуды они взяты, безо всякого задержанья, а о том бы есте им приказали: как они будут в своих землях, и они б наше царское жалованье своей братье сказывали, что они, Анай с товарыщи, нашим царским жалованьем пожалованы и отпущены от нас в свои земли, и тех бы земель иноземцы, хотя видети себя впредь в нашем царском жалованье, нам, великому государю, служили, и прямили, и свою братью тех даурских, и дючерских, и гиляцких и богдойского царя людей к нашей к царской милости призывали, и ясак с себя давали, и были б под нашею царского величества высокою рукою в вечном холопстве.


Т.е. известны по именам из всех 9 аманатов, представленных царю, лишь двое - Анай и Молдега. Кто они - дауры, дючеры или гиляки - остается неизвестным. Но Тоенчи в списке нет, хотя он был очень значимой фигурой для русской политики на Амуре.

В феврале 1655 г. в Москву привезли и Хабарова - начиная от Великого Устюга его везли "за приставы". Попав на допрос в Сибирский приказ, Хабаров изложил свое видение проблемы главе приказа князю Трубецкому и его помощнику дьяку Протопопову. Поскольку дело "присоединения Амура", по мнению князя, уже свершилось, Хабарова решили не трогать - просто отпустили. Впоследствии Зиновьев обвинит Протопопова, что тот за "великие посулы Хабарову дружил", т.е. помог ему, польстившись на взятки. Тем не менее, долг в казну, четко исчисляемый по кабальным росписям, изъятым у Францбекова, с него не списали, а обязали выплатить.

Неутомимый и склочный нрав Хабарова дал о себе знать - он тут же написал челобитную на Зиновьева с указанием отобранного у него добра на сумму 1500 рублей. Следствие вел князь Куракин. Для оценки пограбленного пригласили экспертов - московских купцов, торговавших мехами. Т.е. в иске Хабарова к Зиновьеву не было попытки реабилитации за свершенное на Амуре - только экономическая составляющая.

13 июня 1655 г. суд оправдал Хабарова, признав Зиновьева виновным в злоупотреблении служебным положением. В результате тот получил "выговор с занесением в личное дело":

если он, Дмитрей, и впредь, будучи у государева дела, начнет делать также, то быть ему в смертной казни


Из оцененных в 2818 руб. 15 алтын вещей, находившихся в коробах под печатями, суд признал принадлежавшими Хабарову только меха на сумму 562 руб. Он тут же понес их к окольничему Соковнину, которому задолжал 2100 руб.

Подавать апелляции он не решился - в случае крестного целования с обеих сторон обоих (истца и ответчика) пытали на дыбе. Но Хабаров должен был, как крестьянин, пройти пытку лично, а Зиновьев, как дворянин, мог выставить "заместителя" из холопов. Тогда 3 сентября 1655 г. он заявил о своем примирении с Зиновьевым.

После этого Хабаров побежал к Протопопову, который посоветовал ему проситься в служилые, чтобы его не посадили в тюрьму за долги перед казной. В результате его поверстали в "дети боярские" с годовым окладом 10 руб. деньгами и натурой 10 четвертей ржи, 10 четвертей овса и 1,5 пудов соли. Зато долг Хабарова казне исчислялся 4 с лишним тысячами рублей. В зачет не приняли ни отобранные Головиным земельные угодья и солеварни, ни 500 руб., так и не выплаченных ему по решению суда в 1645 г.

Более того, зная его характер, его не отправили на Амур в составе формировавшегося отряда для енисейского воеводы Пашкова, которого спешно назначили "Даурской и Китайской (!) земель воеводой". Хабарова приписали к гарнизону г. Илимска и велели там надзирать за пашенными крестьянами.

Так бесславно закончилась Амурская эпопея Ярафея Павлова сына Хабарова.

Не вернулись на Амур и его сослуживцы по Амурскому походу - Константин Иванов сын Москвитин был направлен толмачом в Нерчинск к воеводе Пашкову, Степан Поляков дослужился до чина сына боярского и в 1668 г. стал "капитаном драгунского строя" в Тобольске, промышленник Дружина Попов был поверстан в 1652 г. в служилые казаки и на Амур также не вернулся. Не появлялся больше на Амуре и Зиновьев - странная и противоречивая фигура, во многом определившая провал Амурской авантюры.
Последний раз редактировалось Дайчин-баатар 17 июл 2008, 08:09, всего редактировалось 1 раз.
В те времена, когда скакал
Ветра быстрее конь Аранзал,
Пика не только пестрой была -
Пестрая пика острой была!
Аватара пользователя
Дайчин-баатар
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 3539
Зарегистрирован: 21 май 2008, 16:19
Откуда: Москва

Сообщение Дайчин-баатар » 17 июл 2008, 08:02

Хабаров - положительный или отрицательный герой Амурской эпопеи?

Сложно давать оценки личным качествам Хабарова спустя более, чем 350 лет после описываемых событий. Однако портрет Ярафея Павлова сына Хабарова вырисовывается весьма реалистичный - инициативный и деятельный выходец из народа, быстро понявший непреложную истину Нового Времени что "только деньги делают джентльмена счастливыми". Очень суровый, подчас жестокий, он был очень талантливым организатором, который умел пробелы в знаниях и опыте восполнить энергией и жестокой эксплуатацией тех, кто ему подчинялся.

Был ли Хабаров талантливым политиком и дипломатом? Безусловно, нет. Даже в мирное время он ухитрялся исполнить отношения со всеми, с кем только не пересекался! Это полнейшее отсутствие у Хабарова умения идти на компромисс оказалось одним из самых отрицательных моментов в организации Амурского похода. Все факты из его почти 5-летнего пребывания на Амуре говорят лишь о том, что мирно договариваться он не умел.

Был ли Хабаров талантливым полководцем? Безусловно, нет. Известно 5 сражений, которые он дал даурам, дючерам и маньчжурам. Во всех победа русских была достигнута не за счет его полководческих дарований и умелого руководства, а за счет благоприятного стечения обстоятельств.

1 битва состоялась в сентябре 1650 г. при деблокаде отряда Попова и Рашмака - большой перевес в огневой мощи у отряда казаков сделал сопротивление дауров бесполезным и они отошли, бросив Албазин.

2 битва - зимнее полевое сражение в декабре 1650 г. с крупным конным отрядом дауров. Полевая битва при соотношении живой силы 1:5 и абсолютном перевесе в огневой мощи у казаков привела к отступлению дауров. Детали битвы неясны, но, скорее всего, дауры, потеряв от ружейного огня много всадников и коней, попросту отступили, не желая увеличивать потери в бессмысленном столкновении.

3 битва в июне 1651 г. - сражение за Гуйгударов городок. И тут казачьи пушки и ружья сыграли свою роль - городок взяли после того, как его стены были разрушены артиллерийским огнем.

4 битва в октябре 1651 г. - отражение нападения дючеров на Ачанский городок. Подробности битвы настолько неясны, а потери настолько несоизмеримы, что говорить о ней что-то не приходится. Тем не менее, факт того, что дючеры удачно напали на спящих казаков, говорит о том, что дисциплина и караульная служба у Хабарова в отряде были не на высоте.

5 битва 24 марта 1652 г. - сражение с маньчжурами за Ачанский городок. Опять таки, главную роль сыграли огнестрельное оружие, соотношение в котором было по ручному оружию 1:6,5 в пользу казаков, а по артиллерии примерно 1:1 (с учетом калибров) и наличие укрепленной позиции. Тем более, что после отражения маньчжуров Хабаров предпочел не воспользоваться плодами своей "победы", а покинуть Ачанский городок с тем, чтобы больше никогда туда не возвращаться.

Был ли Хабаров талантливым администратором? Скорее всего, да. Он мог несколько раз подряд организовать свое дело в условиях более чем напряженных отношений с местной администрацией. Мог бы сделать то же самое и на Амуре, но не стал. Почему?

Видимо, сказались 2 вещи:

1) Хабаров никогда не служил на государевой службе и не имел никакого опыта в решении сложных военно-административных и дипломатических вопросов - это было одним из основных пунктов обвинения Хабарова по доносу дьяка Стеншина. К тому же ему были недоступны данные, собранные правительственными отрядами Бахтеярова, Пояркова и Барабанщика.

2) Хабаров остро нуждался в деньгах и, при организации похода он исходил из смутных слухов о богатстве Даурии, а не из ее реального состояния. К тому же вполне мог сыграть роль определенный психологический комплекс - из богатого, но все же находящегося на вторых ролях человека он превратился в самовластного правителя вновь завоеванных земель, способного казнить и миловать, исходя из минутной прихоти. Складывается впечатление, что, несмотря на все невзгоды Амурского похода, именно на Амуре Хабаров провел лучшие годы своей жизни - недаром впоследствии, будучи поверстанным в государеву службу (на 6-м десятке лет), он так стремился на Амур!

Соответственно, Хабаров оказался не тем человеком, который был нужен для столь сложного мероприятия, как покорение Амура - неопытным, мыслящим очень узко, не умеющим сдерживать свои эмоции. Организация похода на Амур оказалась, в первую очередь, не государственным, а частным мероприятием, возглавляемым человеком новой формации - представителем нарождающейся торгово-промышленной прослойки Русского государства. С этим и надо связывать неудачу первых опытов Русского государства по покорению бассейна Амура.
В те времена, когда скакал
Ветра быстрее конь Аранзал,
Пика не только пестрой была -
Пестрая пика острой была!
Аватара пользователя
Дайчин-баатар
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 3539
Зарегистрирован: 21 май 2008, 16:19
Откуда: Москва

Сообщение Дайчин-баатар » 20 июл 2008, 12:01

Онуфрий Степанов Кузнец и первое крупное поражение казаков

Шархода энергично укреплял обороноспособность земель Нингуты. С 1654 г. началось отселение дауров и дючеров. По Сунгари-уле начали строить укрепленные пункты, которые были бы способны противостоять огню казачьих ружей и пушек. Вновь стали набирать войска и обучать солдат из местых жителей.

Тем временем Онуфрий Степанов Кузнец, впервые упомянутый как канонир при осаде "воровского острога" Стеньки Полякова, отвел отряд на восток, "не доплыв Гилятцкия земли", где и зазимовал.

И как поплыл я, Онофрейко, со всем войским с усть Зеи-реки по совету с войским для хлебной нужи и для судов на низ по великой реке Амуру до усть Шингалу, потому что по великой реке Амуру хлеба мало и лесу нет, судов стало делать не из чево, а путь позной. Для того и поплыли на низ сентября в 18 день. И в Шингале-реке я, Онофрейко, со всем войским был, и хлеба нагрузя суды, поплыл я, Онофрейко, со всем войским на низ. И зимовали мы на великой реке Амуре в Дючерской земле, не доплыв Гиляцкие земли. И аманатов поймали, и под тех аманатов государева ясаку собрали вновь, и с иных дючерских неясашных людей збирал государев ясак вновь. А с которых ясачных людей збирал в прошлых годех Ярофей Павлов сын Хабаров, и с тех ясачных людей государева ясаку имать стало не по чему без книг. И как зимовал я, Онофрейко, со всем войским, и весною, поделав суды большие и струги, в нынешнем же во 162 году пошел вверх судами по великой реке Амуру. И иные дючерские люди на дороге государев ясак привозили.


Отряд его существенно возрос, но пороха у казаков было мало - Зиновьев послал к Степанову не боеприпасы, а нескольких казаков, которые везли ему отписку о том, где эти боеприпасы спрятаны. По дороге несколько казаков утонули, пропала и отписка. Уцелевшие смогли добраться до Степанова, но помочь с боеприпасами они были не в состоянии.

Да он же, Мишка Кашинец, перенял против своего острожку, пловут на плотах по великой реке Амуру, двух человек служилых людей Вторку Теленка да Ивашка Юрьева, и те служивые люди роспрашиваны. А в роспросе он, Вторко Теленок, сказал, что де в нынешнем во 162 году весною с Тугирскаго волоку дворянин Дмитрей Иванович Зиновьев послал их, служилых людей 8 человек Сеньку Оверкиева с товарищи. И с ними было послано от Дмитрея Ивановича Зиновьева отписки, а государеву де казну пороховую и свинечную и никакие государевы казны на великую реку Амур с Тугирского волоку не послал. И те де служилые люди Сенька Косой с товарищи судом божиим утонули. И их де осталось только 2 человека — он, Вторко Теленок, с товарищем. И их де переняли Мишка Кашинец с товарищи, как они плыли на плотишке.


К началу мая 1654 г. продовольствие оказалось на исходе, а взять хлеба в разоренных низовьях Амура было уже невозможно. Оставался лишь единственный способ пополнить запасы продовольствия - спуститься в Сунгари, как было сделано прошлой осенью, и взять хлеб у тех, кого еще не успели разорить.

20 мая 1654 г. казаки начали свой последний поход по Сунгари. Официальной целью похода было приведение в ясачный платеж дючеров по Сунгари. Неофициальной - банальный грабеж, т.к. сунгарийские дючеры не только признавали власть империи Цин, но даже местный амбань-чжангинь Шархода был родом из этих мест и сохранял теснейшие семейные связи с родственниками, проживавшими в укрепленных поселениях по Сугари-уле.

И того ж дни, как встретились с служилыми людьми с Мишкою Кашинцем с товарищи, и по совету с войским и с ясаулы, я, Онофрейко, судами пошел вверх в великую реку Шингал майя в 20 день приводить неясачных дючерских мужиков под государеву царскую высокую руку и для ради хлеба. И по Шингалу-реке бежали парусами 3 дни.


Как раз в мае маньчжурские войска начинали свое выдвижение в устье Сунгари для несения караульной службы. На этот раз навстречу войску Шарходы двигалось казачье войско. У казаков было огромное техническое преимущество - 13 кораблей с 6 пушками и 26 стругов, более 500 человек личного состава, поголовно вооруженного огнестрельным оружием. Степанов совершенно не боялся столкновения - он был уверен, что сможет подавить маньчжуров плотным огнем и отбить любое нападение даурских и дючерских воинов.

Однако Шархода учитывал это и заранее подготовлися к бою - в районе современной деревни сунгарийских нанайцев Ваньли-хотон (локализация этих укреплений по мнению Г.В. Мелихова, лично освидетельствовашего развалины укреплений) маньчжуры выстроили полевые укрепления и подготовили артиллерийские позиции. Кроме того, в 1653 г. Шархода смог инициировать начало переговоров между Пекином и Сеулом относительно отправки войск в земли Нингуты. К началу 1654 г. договоренность была достигнута и 100 корейских аркебузиров под руководством пёнма уху Пён Гыпа выступила из Хверёна в Нингуту. Их сопровождали 65 человек носильщиков, слуг и переводчиков. Потребность в этом отряде была настолько велика, что маньчжуры согласились даже содержать эти войска за свой счет, выделив продовольствие из небогатых местных ресурсов. Корейцы, хорошо стрелявшие из фитильных ружей, должны были дать адекватный ответ казакам, вооруженным кремневыми пищалями. Объединенные маньчжурско-корейские войска насчитывали около 1000 человек, причем комбатантов среди них было только 800. К месту ежегодного расквартирования союзники шли по Сунгари. Однако их флотилия намного уступала казачьей - всего лишь 20 кораблей Шарходы были способны нести по 17 человек, а остальные воины передвигались в оморочках, вмещавших по 4-5 человек. 6 июня 1654 г. (по ст. стилю) войска противников сошлись в речном бою:

И июня в 6 день тут нас встретила богдойская большая сила ратная со всяким огненным стройным боем, с пушки и пищали. И с тою богдойскою силою дело поставили. И дралися те богдойские люди конные на конех, а пешие в стругах. И билися те богдойские люди из большево бою, из пушек и пищалей, а били оне из тех пушек по нашим судам, а дралися оне из-за туров и из-за увалов земляных. И я по совету со всем войским отпущал казаков в стругах. И божиею милостию, а государским щастьем тех богдойских ратных людей из стругов на берег выбили.


Техническое преимущество казаков сказалсь почти сразу же - маньчжуры бросили суда и закрепились на берегу. Большую помощь им оказали заранее возведенные укрепления. Казаки решили штурмовать береговые позиции Шарходы, но преодолеть оборону не смогли и стали отступать. Официальной причиной отступления Степанов назвал нехватку пороха:

И на берегу те богдойские люди стали в крепком месте, из-за валов учали с нами драться. И на том приступе многих служилых людей на том бою ранили. И нам с теми богдойскими людьми дратца стало невозможно, потому что в государеве казне пороху и свинцу нет, Дмитрей Иванович Зиновьев государевы казны с Тугирскаго волоку не прислал.


Корейские стрелки, по данным, сообщаемым современным корейским историком Пак Тхэгыном, находились в засаде, и когда казаки пошли на штурм береговых укреплений, внезапно открыли залповый огонь, сразив множество казаков. Справедливость его утверждений трудно проверит, т.к. впоследствии корейские солдаты никогда не представляли собой самостоятельной тактической единицы, а придавались маньчжурским отрядам в качестве средств огневого усиления по 4-5 человек на отряд.

6 июня 1654 г. казаки Степанова, не преодолев маньчжурскую оборону, стали отступать. За ними пошла погоня:

И ис пушек мы по тому войску богдойскому били же. А хлеба нам в Шингале взять не дали. И мы выплыли из Шингалу-реки и побежали парусами на судах вверх по великой реке Амуру по совету со всем воиским.


Пак Тхэгын без ссылок на документы утверждает, что казаки имели еще 3 сражения с союзниками - через 100, 90 и 120 ли от места первого боя. Во всех сражениях казаки не выдерживали натиска союзников и отступали, пока не затерялись среди амурских островов. Степанов просто обошел эти моменты своим вниманием и теперь проверить слова Пак Тхэгына можно, лишь полностью подняв документы Пибёнса (Комитета по обороне границ) королевства Чосон.

Положение для Степанова склаывалось критическое - продовольствия не добыли, потерпели поражение да еще и остались почти без пороха. Оставалось надеяться лишь на то, что в верховьях Амура еще остались дауры, которые засеивали поля в надежде на прекращение войны:

И я, Онофрейко, со всем войском по великой реке Амуру идем вверх судами, и буде где хлеба на Амуре можем набрать, и тут мы зазимуем.


Результаты столкновения с маньчжурским войском, хорошо вооруженным огнестрельным оружием, ошеломили Степанова. В результате он поспешил предупредить Москву об опасностях посылки на Амур новых отрядов и пожаловался на небывалую мощь маньчжурской артиллерии (традиционный солдатский анекдот про вундерваффе у противника, всегда имеющий место быть в случаях поражений):

А буде государь царь и великий князь Алексей Михайлович всеа Русии изволит послать вперед своих государевых воевод и служилых людей на великую реку Амур, и им итти с великим береженьем, потому что богдойские люди их бы где на дороге не переняли; а хлеба на Амуре мало. А у богдойских людей, как они из пушек стреляют, из тех их пушек емлют версты на 2 и больше, а у нас в войском государева снаряду одна пушка, и та полковая, да 2 железных малых.


Поднимаясь вверх по Амуру, Степанов изловил жену дючерского князя Тоенчи, родственникам которого были отданы на поруки посол Чечигин с сопровождавшими его казаками. Жена Тоенчи показала места, где казаки нашли остатки вещей казаков Чечигина. По словам женщины дючеры убили послов, как только основные силы казаков покинули эти места, даже не известив об этом маньчжурские власти в Нингуте.

Казаки поднялись в верховья Амура и в ноябре 1654 г. стали строить острог в устье реки Хумара-бира. Строительством, по всей видлимости, руководил приставший летом 1654 г. к отряду Степанова известный землепроходец Петр Бекетов, построивший ранее целый ряд острогов в Якутии и Забайкалье - крепость получилась очень сильной и выгодно расположенной.

Поражение на Сунгари вынудило также оставленных Зиновьевым охочих казаков просить Степанова официально принять их в Амурский полк и признать над собой его неограниченную власть:

Да в нынешнем же во 162 году амурские служилые люди и вольные охочие казаки, и которые служилые люди оставлены от Дмитрея Зиновьева, и с Верхоленскаго Брацкаго острожку, и вольные охочие казаки подали челобитные мне, Онофрейку, и те их челобитные принял, и подклея под сю отписку, послал к вам, государевым воеводам.


Казаки оставили суда в протоке у Кумарского острожка и засели в крепости, рассылая отряды против дауров, которых "приводили под государеву руку". Однако шерть дауров на верность Белому Царю была неискренней - они не видели необходимости в столь ненадежном сюзерене и, как только казаки уходили из мест их проживания, тут же посылали гонцов в Нингуту. Мечта цинского руководства осуществилась - теперь в Нингуте и Пекине знали, где располагается база казаков, на которой их можно уничтожить одним ударом.
В те времена, когда скакал
Ветра быстрее конь Аранзал,
Пика не только пестрой была -
Пестрая пика острой была!
Аватара пользователя
Дайчин-баатар
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 3539
Зарегистрирован: 21 май 2008, 16:19
Откуда: Москва

Сообщение Дайчин-баатар » 25 июл 2008, 10:55

Кумарское сидение

В марте 1655 г. в окрестностях Кумарского острога появилось достаточно крупное войско из местных и нингутинских отрядов. Командовал им присланный из Пекина полководец Мингардари.

Цины выступили в поход по просьбе даурских князей, которых казаки обложили ясаком из Кумарского острога. Поход был спонтанным и плохо подготовленным - вряд ли за зиму (с ноября по март) Цины успели бы подтянуть в Нингуту тяжелую артиллерию и создать крупные запасы продовольствия для обеспечения многочисленной армии. Основные силы отряда Мингардари составили, как и у Сифу под Ачанским городком, ополчения местных князей.

В отписке Степанова силы отряда Мингардари оцениваются в 10 тысяч человек, но это малореально - создать необходимый запас продовольствия и перебросить его к месту ведения боевых действий зимой было невозможно, а местное даурское население было не настолько многочисленным, чтобы выставить такое ополчение со своими запасами.

13 марта 1655 г. отряд казаков вышел за ворота острога и наткнулся на вражеский отряд. Казаков (около 20 человек) перебили. Из острога вышел на вылазку более многочисленный отряд и отбил тела погибших. Однако подходящие главные силы вражеского войска заставили казаков отойти в крепость.

Цины начали с того, что уничтожили казачьи суда, а потом стали устанавливать артиллерийские батареи вокруг острога. Первую батарею заложили за 350 (!) сажен от острога.

Далее начинается обычная работа по обустройству лагеря (за 450 сажен от острога) и подготовке штурма. Батареи (всего у Цинов было 15 орудий) были заложены в 350 и 150 саженях от стены.

20 марта начался обстрел острога с наречной и напольной сторон с 350 и 150 сажен. Ночью цинские воины подтащили малокалиберные орудия на 70 сажен и вновь обстреляли крепость. Обстрел результатов не дал.

24 марта, после сильного обстрела, цинские отряды предприняли попытку штурма острога. Заранее сделанные потайные заграждения (чеснок) остановили атакующих примерно в 70 саженях от стен острога. Казаки вышли на вылазку и отбили штурм, причем были захвачены пленные, которые "покололися на чесноке".

Неудача заставила цинских военачальников начать отступление. Видимо, какое-то время было посвящено тому, чтобы собрать большую часть убитых и предать их по местным обычаям огню. Все это время острог обстреливали, не давая казакам возможности сделать вылазку.

4 апреля цинские отряды бесследно исчезли из под стен острога. Не все убитые были преданы огню, не все войсковое снаряжение вывезено из лагеря. Казаки захватили изрядное количество пороха и 730 ядер, собранных в остроге и около него (т.е. те, что были выпущены по острогу цинскими артиллеристами).

Необходимо было срочно строить новые корабли и готовиться к отплытию из острога, т.к. удержать его от второго приступа Степанов уже не надеялся.
В те времена, когда скакал
Ветра быстрее конь Аранзал,
Пика не только пестрой была -
Пестрая пика острой была!
Аватара пользователя
Дайчин-баатар
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 3539
Зарегистрирован: 21 май 2008, 16:19
Откуда: Москва

Сообщение Дайчин-баатар » 25 июл 2008, 11:44

В целом, единственным источником, подробно описывающим события марта-апреля 1655 г. является отписка Степанова воеводе Ладыженскому. Цинские источники ограничиваются упоминанием неудачи под стенами этой крепости.

Однако к описанию осады Кумарского острога, оставленному Степановым, надо относиться очень осторожно. Все спорные места постараемся разобрать ниже.

Причины поражения цинского отряда кроются не только в спонтанности выступления войск Мингардари, но и в исключительных для региона деревоземляных укреплений:

А острог у нас был поставлен на валу стоячей, а по углам вывожены были быки, а тот острог ставлен по снегу в самом заморозе ноября в 2 день, а круг того острожку копан ров, а тот ров копали зимою, мерзлой земли секли в вышину сажень печатную, а ров в ширину 2 сажени, а круг того рву бит чеснок деревиной, а круг того чесноку деревяново бит чеснок железной стрельной опотайной. И божею милостию, а государским счастьем, как пришли те богдойские люди к приступу, и у того деревянново чесноку щиты поставили, а на том железном чесноку многие богдойские люди кололися и итти к острогу не могли от того железного чесноку к стене. А в остроге было изподней и верхней бои, а внутрь острожной стены засыпали хрящем с нижнево бою и до верху от пушешново бою. И в том остроге копан был у нас колодезь 5-ти сажен, а из колодезя были вывожены жолобы на все 4 стороны, вышина 6 сажен печатных, для зажегу, да были зделаны на остроге козы железные, а в тех козах зажигали смолье для свету и для их богдойсково ношново приступу, чтоб от того видети было богдойских людей за стеною, да ставлены были к острогу для их лестниц и щитов судовое дощеничное деревье высокое, да были на острожке кладены кадки для их, богдойских людей, навальнаго приступу, да в острожке срублен был роскат, и с того роскату били мы из пушек по тому богдойскому войску.


Продолжение следует...
В те времена, когда скакал
Ветра быстрее конь Аранзал,
Пика не только пестрой была -
Пестрая пика острой была!
Аватара пользователя
Дайчин-баатар
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 3539
Зарегистрирован: 21 май 2008, 16:19
Откуда: Москва

Сообщение Дайчин-баатар » 25 июл 2008, 21:21

Обращает на себя внимание то, как был определена численность цинского войска:

И тех языков роспрашивал, а в роспросе они сказывали, что де прислано то богдойское войско от царя богдойсково, а князец де в том войске именем Тагудай, а по прозвищу Ежер, а было де войское люди розных земель: богдои, мунгуты, никаны, жючеры, дауры и иных многих розных земель, которые иноземцы под ево богдойскую областию, а снаряду де было 15 пушек и мелково оружья было у них много... а всее де тое богдойские силы было всякого люду 10 000


Несколькими строками выше Степанов отписал:

А приехали те богдойские воинские люди со всяким огненным боем, с пушки и пищальми, и знамена у них всякой розной цвет. А то у них войское богдойское ротами, а толмачей нет, а в роте по скольку человек, того не ведаем.


Два противоречия налицо - нет толмачей в многонациональном войске и не отмечено огромное неравенство в вооружении между маньчжурскими войсками (богдоями и никанами) и остальными (мунгутами, жючерами и даурами).

Также странно, что пленные назвали командующим войсками не Шарходу и не Мингардари, а некого Тагудай Ежера, в цинских источниках не упоминавшегося ни разу.

Очень сильно обращает на себя внимание указание на обстоятельства бомбардировки острога:

И марта с 13 дня да апреля по 4 число то богдойское войско по Комарскому острожку били из пушек по всякой день и ночь, и те богдойские люди от острогу прочь отошли.


В то же самое время Степанов говорит сначала о дате первой бомбардировки как о 20 марта:

И марта в 20 день к Усть Комарскому острожку приступали из-за великия реки Амура с каменю, а каменю высота 40 сажен, а от того камени до острожку полтретьяста сажен. И богдойское войско из наряду из большего, из пушек, с третьяего часу дни до седмаго, и того ж дни в шестом часу ночи те потайные богдойские воинские люди по острогу из наряду, из пушек, били от острожку в 70 саженях. Да оне же, богдойские воинские люди, пущали огненные заряды для зажегу на стрелах в острожек, а на тех стрелах у них подписи были. Да с нижние стороны богдойские воинские люди из пушек и с наряду били во 150 сажен.


Неясно также и количество приступов - Степанов упоминает один, 24 марта, но далее говорит следующее:

А тех богдойских людей к острожку с табор подъем был с утра и во весь день со щитами, и приступ у них был в первом часу ночи к острожку, а отход был у них от острожку по утру в первом часу дни.


И, наконец, есть еще 3 факта, которые заставляют сильно усомниться в деталях сообщаемой Степановым картины:

И мы собрали после приступнаго времени в остроге и около острогу 350 ядер пушешных... Да у них же, у богдойских воинских людей, были мешки с порохом большие долгие, сажен по 15 и по 20, а толщиною те мешки в оглоблю, и ныне в государеве казне объявилось тех пушечных ядер богдойских 730 ядер, а весом те ядра полтора фунта и больше, а огненных зарядов, что на стрелах с подписьми, и тех зарядов взято много.


При длительности осады в 3 недели по казакам было выпущено всего 730 ядер, собранных потом казаками. Но это всего по 33-34 ядра в день, что недостаточно для разрушения столь мощной крепости.

Особенно удивляет упоминание лишь ядер весом в полтора фунта и отсутствие указания калибра больших ядер - это свидетельствует о том, что казаки описали те ядра, которые захватили в реальности, но про остальные ядра они ничего не сказали, что неудивительно - пушки большего калибра подтащить зимой к Кумарскому острогу было просто нереально. А пушки калибром 1,5 фунта не были способны причинить разрушения столь мощным укреплениям, которые успели построить казаки, даже при стрельбе с минимальной упомянутой дистанции в 70 сажен. Их эффективная дальность в полевом бою составляла всего около 200 м., т.ч. для разрушения крепостных стен они были непригодны, а большие дистанции закладки батарей свидетельствуют или о том, что Мингардари не умел пользоватся артиллерией, или о том, что эти сведения вымышлены. Окончательный вывод здесь сделать нельзя, т.к. и то, и другое вполне вероятно.

Очень смущает и описание отхода цинских войск:

И после их отъезду ходили служилые люди и охочие амурские казаки в их богдойские таборы, и видели их, что оне тех богдойских людей, которые побиты под стеною, и тех побитых людей в приступное время ночью волочили, и по своей они поганой басурманской вере на своих куренях тех убитых людей жгли много, а иных побитых богдойских людей те богдойские люди в приступное время от острогу волочить прочь не успели.

И видя к себе те богдойские люди божие посещение, и нападе на них ужас и трепет, и они порох пометали на своих таборах в воду и верховые огненные заряды, а куяшную одежду те богдойские люди на куренях своих жгли.


Согласно цинскому сборнику документов "Пиндин лоча фанлюэ" (1690) все было гораздо проще:

В 12 году шаншу дутун Минъандали был отправлен во главе войск из столицы, чтобы покарать их. Он достиг Хумара, напал на крепость, многих порубил и взял в плен, [но вынужден был] отвести войска назад из-за нехватки продовольствия... В прошлом шаншу Минъандали выступил [против русских] налегке, в результате стал испытывать нужду в провианте.


Но подобная ситуация совершенно не подразумевает панического бегства с бросанием пороха в воду и сжиганием куяков на кострах! Тем не менее, все это упомянуто у Степанова.

И, наконец, самый интересный факт противоречий - это челобитная Степанова от ... 3 апреля 1655 г. с указанием на окончание осады острога!!! А ведь в своей отписке воеводе Ладыженскому Степанов упоминает, что осада длилась с 13 марта по 4 апреля 1655 года! А уже 3 апреля была составлена челобитная с указанием подвигов всех казаков во время осады!!!

Сложно подвергнуть сомнению сам факт осады острога и отступления цинских войск, но в отписке Степанова так много противоречий, что возникает вопрос - все ли было описано им правильно и не приукрасил ли он чего-либо для достижения большего эффекта перед глазами начальства?

В результате Степанов принимает единственное правильное решение - оставить острог, как 3 годами ранее сделал Хабарова под Ачанским острогом:

А хлебных запасов в войске ноне нет же нисколько, и сами ныне в Комарском острожке живем с великою нужею и питаемся травою и кореньем, а что было хлебных запасов, и то в Комарском острожке в осадное время издержали, сидя в осаде, и ныне ссудить стало нечем. И мы ныне сами хотим итти из Комарсково острожку вниз, где можно праведному и великому государю послужить и прибыль ему, государю, учинить и где можно головы свои прокормить. А держать стало государева острожку незачем, хлебных запасов не стало нисколько, холодны и голодны и всем нужны. И в государеве казне пороху и свинцу на великой реке Амуре нет же нисколько, оберегать стало государевы казны и острожку и своих голов нечем. А богдойских всяких воинских людей под нами есть много, близко Даур и Дючер и иных всяких розных землиц людей, которые под ево богдойскою областию, и нам, холопем государевым, поселиться нигде накрепко не дадут.


Интересно и то, что это сражение - единственное событие Амурской эпопеи отразившееся в русском фольклоре через почти 100 лет после описываемых событий - в 1742 г. знаменитый собиратель фольклора Кирша Данилов записал песню "Во сибирской во украине, во Даурской стороне", где содержалось поэтическое описание осады Кумарского острога маньчжурским войском.
В те времена, когда скакал
Ветра быстрее конь Аранзал,
Пика не только пестрой была -
Пестрая пика острой была!
Аватара пользователя
Дайчин-баатар
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 3539
Зарегистрирован: 21 май 2008, 16:19
Откуда: Москва

Сообщение Дайчин-баатар » 06 авг 2008, 08:18

После поражения у Кумарского острога позиции маньчжуров были сильно ослаблены - в глазах многих приамурских племен сюзерен оказался несостоятельным в военном отношении, что император Канси отметил 40 лет спустя. Хотя мы не должны и сбрасывать со счетов тот факт, что при составлении "Пиндин лоча фанлюэ" перед Чан Шу стояла задача показать все мероприятия по истреблению казачьих отрядов, предпринятых до воцарения Канси, недостаточными и малоуспешными, что серьезно противоречило фактам из деятельности Шарходы.

Шархода попытался компенсировать негативный эффект отступления цинских войск из-под Кумарского острога активизацией отрядов местного ополчения, которым удалось уничтожить ряд небольших казачьих отрядов, созданием верфей в Гирине (самая поздняя дата закладки верфей на месте будущего Гирина - лето 1657 года ,что опровергает ошибочное заявление Ян Биня, что Шархода, умерший в 1659 г., заложил верфи в Гирине лишь в 1661 г.!) и строительством большого речного флота, активными переговорами с Кореей с целью получения корейской военной помощи в решающей компании против казаков.

Плоды этих усилий не заставили себя долго ждать - после успешной обороны острога казаки Степанова спустились вниз по Амуру до самой Уссури. Некоторые отряды поднялись по ней, как минимум, до устья реки Бикин. По ряду данных, 3 улуса гиляков с Сахалина принесли ясак Степанову, что дало основание для автров учебника по истории Сахалинской области, вышедшей в 1970-х годах, заявить, что казаки основали крепость на Сахалине в районе современного Дуэ.

Главный отряд Степанова вошел в Сунгари и в низовьях реки "объясачил" селение Нельба, из которого происходил сам Шархода. Повод для решающего сражения был найден, но грамотный полководец, отличившийся в боях с Минами и корейцами, выжидал. Сначала его отряды разбили казаков в местности Шаньцзянухэй (1657), потом он создал стратегические запасы продовольствия и стал обучать местные отряды аркебузиров.

Про события 1656-1657 гг. практически нет никаких упоминаний в документах. Возможно, именно в эти годы маньчжурами был уничтожен "воровской полк" Сорокина, состоявший, по данным сибирских властей, из 300 человек, самовольно покинувших службу и бежавших "в Дауры" - упоминания о группе Сорокина исчезают из переписки воевод. Нет упоминаний о нем и в документах, оставшихся от отряда Степанова, что свидетельствует о том, что отряды Сорокина и Степанова не объединялись.

В 1657 г. посланный на воеводство "в Даурскую и Китайскую земли" Афанасий Пашков нарубил на Шилке лес, подготовил детали "острожного строения" и стал готовиться к сплаву в Амур. Его личная неприязнь к вольным казакам типа сорокинцев или степановцев оказала очень большое воздействие на дальнейшее развитие событий на Амуре - отряды Пашкова и Степанова так и не соединились, а личная неприязнь Пашкова к Степанову нашла отражение в документах, отправленных в Москву.

Отряд Степанова находился в смертельной опасности, но казаки не осознавали этого и продолжали совю обычную жизнь - захватывали заложников, собирали "ясак", вели торговлю людьми и мехами...
В те времена, когда скакал
Ветра быстрее конь Аранзал,
Пика не только пестрой была -
Пестрая пика острой была!
Аватара пользователя
Дайчин-баатар
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 3539
Зарегистрирован: 21 май 2008, 16:19
Откуда: Москва

Сообщение Дайчин-баатар » 25 авг 2008, 16:21

1656 год

Данные за 1656 г. крайне скудны. Сведений о ведении боевых действий на Амуре за этот год в опубликованных документах не содержится. Известно только, что бегство служилых людей и пашенных крестьян «в Дауры» с отрядами казачьей вольницы приняло такой масштабный характер, что последовал указ якутскому воеводе Лодыженскому устроить на Олёкме заставу для перехвата «воровских шаек». Судьба большинства таких «воров», успевших уйти на Амур, неизвестна.
В те времена, когда скакал
Ветра быстрее конь Аранзал,
Пика не только пестрой была -
Пестрая пика острой была!
Аватара пользователя
Дайчин-баатар
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 3539
Зарегистрирован: 21 май 2008, 16:19
Откуда: Москва

Сообщение Дайчин-баатар » 25 авг 2008, 16:22

1657 год

Немного больше известно о войне на Амуре в 1657 г. В ходе сражения в местности Шанцзяньухэй, местонахождение которой не определено, Шархода разгромил отряд казаков . Сведения, сообщаемые цинскими документами об этом сражении, ограничиваются простой констатацией факта поражения казаков. По словам Син Ню, участвовавшего в летней кампании 1658 г. против отряда Степанова, казаки потерпели поражение, а у маньчжур погибло всего 3 человека и много воинов было тяжело ранено . Потерпев поражение, Степанов принял решение отступить в низовья Амура, где в дючерских землях был построен Куминский острог . Перезимовав там, казаки стали, по обыкновению, подниматься вверх по Амуру. Син Ню написал по поводу стратегии казаков:

«Враги вовсе не приходили со стороны моря, поднимаясь вверх по течению. Они спускались на кораблях с верхнего течения Амура. И хотя невозможно точно разузнать, лежит ли их страна вверх по течению Амура и пришли ли они в верхнее течение Амура по суше, чтобы спуститься вниз на кораблях, но если учесть, что Амур вытекает из земель монголов, то сомнительно, чтобы их страна лежала в верхнем течении Амура. Хотя прошло более 10 лет, как появились шайки врагов и начали грабить, но не заметно было, что они собираются возвращаться. На зиму они строят земляные крепости, а летом переходят из них на суда и идут в земли лесных варваров (曰可) и собачников (犬部落民), чтобы грабить их. Это все доподлинно рассказала нам одна женщина из лесного племени, которая долгое время пробыла у них в заложницах» .

Хотя можно считать, что сведения Син Ню не совсем точны (он считает, что перед сражением в Корчеевской луке казаки спускались с верховьев Амура, в то время как они поднимались вверх по Амуру из дючерских земель, выслав вперед отряд К. Иванова), тем не менее, они показывают, что к 1658 г. маньчжуры разобрались в маршрутах движения казаков и определили, что основные подкрепления подходят к ним именно через верховья Амура – там, где ранее располагался улус князя Лавкая.

Еще одним важным событием 1657 г. явилась попытка Нерчинского воеводы Пашкова построить постоянный острог в верховьях Амура. Острог, по всей видимости, был срублен в Нерчинском воеводстве осенью-зимой 1657 г. и весной 1658 г. сплавлен по рекам в Амур. По неизвестной причине отряд, сопровождавший плоты, не смог приступить к постройке, и казаки Петриловского видели разбросанные по берегам Амура бревна . Постройка первого постоянного русского острога на Амуре в 1650-х годах так и не состоялась.
В те времена, когда скакал
Ветра быстрее конь Аранзал,
Пика не только пестрой была -
Пестрая пика острой была!
Аватара пользователя
Дайчин-баатар
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 3539
Зарегистрирован: 21 май 2008, 16:19
Откуда: Москва

Сообщение Дайчин-баатар » 25 авг 2008, 16:23

1657 год

Немного больше известно о войне на Амуре в 1657 г. В ходе сражения в местности Шанцзяньухэй, местонахождение которой не определено, Шархода разгромил отряд казаков . Сведения, сообщаемые цинскими документами об этом сражении, ограничиваются простой констатацией факта поражения казаков. По словам Син Ню, участвовавшего в летней кампании 1658 г. против отряда Степанова, казаки потерпели поражение, а у маньчжур погибло всего 3 человека и много воинов было тяжело ранено . Потерпев поражение, Степанов принял решение отступить в низовья Амура, где в дючерских землях был построен Куминский острог . Перезимовав там, казаки стали, по обыкновению, подниматься вверх по Амуру. Син Ню написал по поводу стратегии казаков:

«Враги вовсе не приходили со стороны моря, поднимаясь вверх по течению. Они спускались на кораблях с верхнего течения Амура. И хотя невозможно точно разузнать, лежит ли их страна вверх по течению Амура и пришли ли они в верхнее течение Амура по суше, чтобы спуститься вниз на кораблях, но если учесть, что Амур вытекает из земель монголов, то сомнительно, чтобы их страна лежала в верхнем течении Амура. Хотя прошло более 10 лет, как появились шайки врагов и начали грабить, но не заметно было, что они собираются возвращаться. На зиму они строят земляные крепости, а летом переходят из них на суда и идут в земли лесных варваров (曰可) и собачников (犬部落民), чтобы грабить их. Это все доподлинно рассказала нам одна женщина из лесного племени, которая долгое время пробыла у них в заложницах» .

Хотя можно считать, что сведения Син Ню не совсем точны (он считает, что перед сражением в Корчеевской луке казаки спускались с верховьев Амура, в то время как они поднимались вверх по Амуру из дючерских земель, выслав вперед отряд К. Иванова), тем не менее, они показывают, что к 1658 г. маньчжуры разобрались в маршрутах движения казаков и определили, что основные подкрепления подходят к ним именно через верховья Амура – там, где ранее располагался улус князя Лавкая.

Еще одним важным событием 1657 г. явилась попытка Нерчинского воеводы Пашкова построить постоянный острог в верховьях Амура. Острог, по всей видимости, был срублен в Нерчинском воеводстве осенью-зимой 1657 г. и весной 1658 г. сплавлен по рекам в Амур. По неизвестной причине отряд, сопровождавший плоты, не смог приступить к постройке, и казаки Петриловского видели разбросанные по берегам Амура бревна . Постройка первого постоянного русского острога на Амуре в 1650-х годах так и не состоялась.
В те времена, когда скакал
Ветра быстрее конь Аранзал,
Пика не только пестрой была -
Пестрая пика острой была!
Аватара пользователя
Дайчин-баатар
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 3539
Зарегистрирован: 21 май 2008, 16:19
Откуда: Москва

Сообщение Дайчин-баатар » 25 авг 2008, 16:46

1658 год

Перезимовав в Куминском остроге, отряд Степанова стал подниматься вверх по Амуру. Степанов выделил несколько легких стругов, на которых в качестве передового отряда послал 180 человек под командованием Клима Иванова. Отряд Иванова миновал устье Сунгари в мае 1655 г. и стал подниматься вверх по Амуру. По пути казаки Иванова пытались обнаружить местное население и собрать с него ясак. Дючеры несколько раз атаковали его суда и пытались перебить казаков, но безуспешно. До момента, когда отряд Шарходы занял позиции на Сунгари, казаки Иванова прошли почти до Кумарского острога и, не найдя продовольствия, стали спускаться вниз по Амуру навстречу основным силам.

В то же самое время, в конце мая 1658 г. цинский отряд Шарходы, выступив из Нингуты, достиг укрепленного лагеря в нескольких днях пути от устья Сунгари. По дороге к маньчжурским войскам присоединился отряд корейских стрелков (265 человек) под командованием пёнма уху Син Ню. Поскольку, по мнению Шарходы, уже наступил момент для перехода в решительное наступление, то нингутаский амбань-чжангинь затребовал подкреплений из Пекина и Мукдена, а также произвел дополнительный набор солдат среди местных племен . В результате принятых мер объединенный маньчжуро-корейский отряд насчитывал 1410 солдат (из них 200 корейских и свыше 100 – из Пекина и Мукдена) при 700 слугах, матросах и конюхах. В низовьях Сунгари к отряду присоединились отряды местных племен.

Длительная планомерная подготовка к решающему сражению позволила Шарходе добиться существенного превосходства над казаками не только в живой силе, но и в технике – в 1657 г. были заложены верфи Гирина, на которых были построены 52 корабля – 40 боевых и 12 для перевозки войскового имущества и обслуживающего персонала. По запросу Шарходы из Пекина на Амур были направлены 4 отряда знаменных войск под командованием знаменных офицеров в чине полковников (маньчж. дзалан-чжангинь) с большим количеством пушек типа фоланцзипао (佛狼機砲) и запасами пороха . Таким образом, к лету 1658 г. маньчжурами были созданы все условия для перехода в наступление – обеспечено количественное и качественное превосходство цинских войск на Амуре, создана материально-техническая база для развития наступления, создана ситуация, в которой казаки могли двигаться только в одном направлении – в низовья Сунгари. Не хватало только четкого понимания обстановки – маньчжуры не имели точного представления о том, где расположены базы казаков и опасались, что, нанеся удар по отряду Степанова, они подвергнутся ответному удару других казачьих отрядов. Недостаток географических знаний о Русском государстве вкупе с имеющимися сведениями о его военном потенциале заставлял маньчжуров выжидать и действовать наверняка.

В начале 6-го месяца в лагерь Шарходы прибыла давно ожидаемая союзниками эскадра из Гирина. 4 июня 1658 г. союзники выступили с места стоянки и начали спуск по Сунгари. Разведка доносила, что казаки испытывают серьезные затруднения с продовольствием и даже, по некоторым сведениям, готовы сдаться в плен. Маньчжурское командование не верило этим сообщениям и считало, что казаки примут решительный бой, так как они были поставлены в безвыходное положение. В стратегическом отношении единственным способом выжить для Степанова было повторить поход 1655 г., когда в низовьях Сунгари его отряд захватил большое количество продовольствия, а для Шарходы – не допустить повторения подобной ситуации. Лучшим способом действий для Шарходы было не повторить сценарий сражения 1654 г., в котором также участвовали корейские аркебузиры, а, пользуясь существенным превосходством в артиллерии, нанести решительный удар в сражении на воде и полностью уничтожить казаков.

30 июня 1658 г. (по старому стилю) маньчжуро-корейский отряд на рассвете вышел из укрепленного поселения Нельба и вошел в Амур. На середине реки на якорях стояли 11 казачьих дощаников. Очевидно, казаки готовились войти в Сунгари при попутном ветре, чтобы идти под парусами вверх по течению. Оценив обстановку, Степанов приказал ставить паруса и отступать вниз по течению Амура. Противники завязали артиллерийскую дуэль с расстояния примерно в 1 км. Естественно, никакого результата на ход боя эта дуэль не оказала, но продемонстрировала решимость сражаться с обеих сторон. В Корчеевской луке (примерно в 10 км. вниз от устья Сунгари по течению Амура) казачьи дощаники встали в линию у берега и приготовились к обороне. Степанов пытался сохранить свои корабли, которые были необходимы ему для сохранения мобильности отряда. Именно в мобильности заключалось до этого момента превосходство казаков. Это решение Степанова оказалось той самой роковой ошибкой, которая привела к уничтожению отряда.

Маньчжуры разделили свою эскадру на 3 части и отрезали пути отступления вниз по Амуру для казачьих кораблей. При сближении маньчжурские и корейские стрелки и артиллеристы начали обстрел дощаников. Казаки активно отвечали, но превосходство союзников в вооружении заставило казаков укрыться в трюмах своих судов. Маньчжуры начали высаживаться на казачьи суда для того, чтобы уничтожить экипажи. Однако, увидев намерение своих воинов поджечь казачьи дощаники, Шархода приказал покинуть корабли и потушить огонь. Син Ню объясняет этот странный приказ Шарходы тем, что маньчжурский военачальник решил, что кризис боя миновал, и захотел поживиться захваченной на казачьих кораблях пушниной. В результате казаки вышли на палубы и начали обстреливать цинскую эскадру. В результате более 100 человек из отряда союзников было убито, а более 200 получило ранения. Союзники применили зажигательные стрелы и подожгли 7 из 11 дощаников. Казаки начали прыгать в воду и спасаться в лесу. Организованное сопротивление прекратилось. Вновь высадившиеся на уцелевшие казачьи дощаники маньчжурские воины начали очищать суда от казаков, вступив с ними в рукопашную схватку. По спасающимся на берегу казакам открыли огонь с кораблей, а по их следам пошли дючерские и даурские воины. Цинские воины взяли казачьи корабли под охрану, оставив их у берега на якорях. Несколько маньчжурских кораблей встали рядом, отрезая дощаники от главного фарватера. Однако ночью прятавшиеся на судах казаки, пользуясь тем, что на самих дощаниках постов выставлено не было, собрались на одном из них и бежали под покровом темноты. Как оказалось впоследствии, казаки выбрали для бегства т.н. «Спасский дощаник», на котором хранилась церковная утварь и т.н. «Спасская казна», предназначенная для удовлетворения духовных запросов казаков.

Наутро союзники приступили к сбору трофеев и похоронам павших воинов. Объединенному маньчжуро-корейскому отряду достались более 300 ружей и вся артиллерия отряда Степанова. На русских судах Цины обнаружили большое количество пленных женщин и множество мехов. Тела казаков были отданы на растерзание местному населению. Озлобление дючеров дошло до того, что трупы павших буквально рвали в куски и поедали. Осознав невозможность дальнейшего сопротивления и организованного отхода, 2 июля 1658 г. (по старому стилю) более десятка казаков вышли из леса, сложили оружие и сдались маньчжурам . Увидев, что даже спустя 2 дня после боя из леса продолжают выходить уцелевшие воины противника, Шархода приказал прочесать лес. В лесу собрали еще несколько десятков трупов казаков, утыканных стрелами и изрешеченных пулями. По донесению Петриловского, 40 человек ушло на «Спасском дощанике», а 47 человек под его руководством скрылись в лесу и выжидали, когда союзники покинут поле боя. Казачьи донесения содержат сведения о 270, 220 и 209 убитых казаках. В бою погиб и сам Степанов.

В промежуток между 1 и 3 июля к месту боя подошли казаки Иванова, но, увидев, что дощаники Степанова стоят в окружении маньчжурских судов, предпочли в бой не вступать, а вновь подняться вверх по Амуру и укрепиться в Кумарском остроге. К 6 июля 1658 г. этот отряд встретился с партией казаков А. Потапова (30 человек), отправленных 18 июня 1658 г. воеводой Пашковым для установления связи с отрядом Степанова. По данным Петриловского, небольшой отряд казаков Я. Яковлева (20 человек) присоединился к Потапову и вернулся в Нерчинск. Следом за отрядами Потапова и Яковлева в Нерчинск отправилась еще одна партия казаков (37 человек), но из-за нехватки продовольствия они погибли в верховьях Амура.

В августе 1658 г. остатки отряда Степанова, не ушедшие с Амура в Нерчинск, соединились. В результате их объединения на Амуре появился отряд под руководством Иванова и Петриловского в количестве 227 человек, без артиллерии и с небольшим количеством пороха. Понимая, что с такими силами противостоять маньчжурам они не в состоянии, Петриловский и Иванов приняли решение идти в низовья Амура и зимовать среди гиляков. Гиляки, враждовавшие между собой, были гораздо более слабым противником, у которого можно было взять продовольствие и даже собрать ясак. Таким образом, 1658 г. стал поворотной точкой, после которой русское влияние на Амуре, основанное на превосходстве в военной силе, стало стремительно снижаться.
В те времена, когда скакал
Ветра быстрее конь Аранзал,
Пика не только пестрой была -
Пестрая пика острой была!
Аватара пользователя
Дайчин-баатар
Модератор форума
Модератор форума
 
Сообщения: 3539
Зарегистрирован: 21 май 2008, 16:19
Откуда: Москва

Пред.

Вернуться в Центральная Азия, Сибирь и Дальний Восток, XV-XX век

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1