История золотодобычи по мнению Вернадского насчитывает около 7 тысяч лет. На первых этапах люди довольствовались легкодоступными
месторождениями, которых хватало, чтобы изготавливать нехитрые
ювелирные украшения. Для этого вполне достаточно было зоркого глаза и нехитрого кузнечного инструмента. С превращением золотых изделий в символ власти и богатства понадобилось изготовление массивных украшений с более тщательной обработкой. Чеканка монет потребовала регулярных поставок желтого металла. В результате добыча и торговля золотом начали сосредотачиваться в руках государства или очень состоятельных людей. Золотые месторождения стали тщательно охраняться.

Пока добыча драгоценного металла развивалась в обжитых районах,
никто не осмеливался посягнуть на запретные копи. Но стоило
европейцам в XV веке перешагнуть океан, как на еще свободных от чиновничьего надзора землях начались самостоятельные поиски различных "эльдорадо". Испанские монархи в конце концов укротили многочисленных искателей легкой наживы, но поток заморского золота (и серебра) сильно встряхнул мировую экономику.

Старые источники пополнения золотых кладовых постепенно оскудели,
но спрос на благородный металл не уменьшался. Дальнейшие поиски
новых месторождений сдерживались сословными привилегиями и
удаленностью многих золотоносных районов. Пытаясь сделать поиски
золота и других металлов массовыми, Петр I ввел "горную свободу",
впоследствии отмененную. Широкие права предоставляли золотоискателям мексиканские законы. В разных странах вводились различные премии для самых удачливых рудознатцев. Но сама добыча находилась под присмотром государства. В России, например, даже дворяне были допущены к добыче золота только в начале XIX века. В США многие нормы горного законодательства устанавливались явочным порядком, но поискам золота это помогло не сразу.

Старые золотоносные районы были настолько обжиты, что, казалось,
ничто не сможет поколебать их монопольное положение. Тем не менее,
над легендарными южноамериканскими месторождениями довольно быстро поднялись новые прииски, открытые на Урале и в Сибири. Характерно, что уральские месторождения зарождались в рамках сравнительно строгой государственной монополии. Однако уже в Сибири первые послабления в золотодобыче привели к буму. Сибирская лихорадка продолжалась с 1838 по 1863 год, оставшись одной из крупнейших и наименее известных. Здесь было все: и тайная добыча на сказочно богатых россыпях, и гонки к новым месторождениям, и яростная конкуренция между миллионерами, и коррупция, и разбой на золотых тропах. Особенностью многих сибирских приисков было привлечение тысяч ссыльных. Как впоследствии в других местах, в России быстрое обогащение часто оборачивалось таким же стремительным крахом.

Через 10 лет после начала Сибирской настал черед Калифорнийской золотой лихорадки ("gold rush"). В этом дальнем конце США золотодобыча оказалась полностью отданной на откуп поселенцам. Права на золотоносные участки закреплялись по понятиям и по количеству стволов, невзирая на права собственников. Золотой бум разрастался настолько стремительно, что уже через три года он достиг своего максимума. Калифорния показала пример быстрого промышленного роста, намного опередив по интенсивности освоения территории Сибирь, в которой как известно пальмы не растут. Зато Дикий Запад отличился такой же стремительностью в росте цен, вынудив многих старателей тратить найденное золото на удовлетворение самых скромных потребностей.

Эстафету массовых поисков золота приняла Австралия. Здесь все было похоже на Калифорнию (особенно английский язык), но в отличие от США и России местные власти в течение многих лет искусственно тормозили добычу золота, опасаясь массового бегства местных каторжников. В отличие от США, здесь не было массовых захватов чужих земель. В Австралии все было под таким жестким контролем, что это привело к массовым выступлениям старателей. В конечно счете правила регистрации золотоносных участков стали либеральнее, хотя и жеще, чем в Калифорнии. Нехватка рабочих рук привела к тому, что в Австралию стали легально и нелегально завозить рабочих из Южного Китая. В той или иной степени этот же метод применялся в Калифорнии и даже в Сибири. Случалось, что потом многие из любителей дешевой рабочей силы принимали "антикитайские" законы.

Зато в очень удаленных районах, вроде Клондайка, Нома и
Огненной Земли, не очень смущались национальным происхождением
старателей. На Клондайке уже не вызывало сильного раздражения
участие индейцев в добыче золота, которое так пугало калифорнийских
расистов. Освоение этих богатых труднодоступных районов требовало
огромных вложений, и инженерная мысль оказалась на высоте поставленных задач. В конце XIX века к золотодобывающим районам были довольно быстро проложены дороги и налажена доставка всего необходимого. Но вслед за первопроходцами по уже налаженному пути приходили крупные фирмы, быстро вытеснявшие старателей-одиночек. Так было практически везде. На место лопаты, кайла и лотка приходил "железный конь" в виде усовершенствованных гидравлических установок и передвижных фабрик-драг. А вместе с механизацией и прочими -зациями массовые поиски блестящих камней ушли в прошлое, уступив место профессионалам.

Совершенствование технологии только увеличило объем золотодобычи.
Более совершенные методы очистки золота ("аффинажа") позволили
продолжить работы в давно освоенных районах "золотых лихорадок".
Конечно, легендарные жилы и россыпи не бездонны. Вполне вероятно,
что через несколько сот лет, люди смогут увидеть драгоценный металл
только в музеях и у богатых ювелиров. Но все эти оценки могут разбиться
в момент, когда ковш экскаватора снова вытянет на поверхность желтый металл. И тогда снова, как полтораста лет назад, журналисты будут уверять, что "золото есть везде".

С подробностями некоторых золотых лихорадок можно познакомиться
здесь:
Калифорнийская гонка.
Викторианские лихорадки.
Клондайк.
Сокровища на краю света.
Таежные россыпи.